Фамилия Ципин — один из тех случаев, где за простым звучанием скрывается неочевидная, но довольно конкретная история. Её основа — не имя и не профессия, а прозвище, и разобраться в ней помогает не столько морфология, сколько география и старые диалекты.

Словообразовательно фамилия прозрачна: суффикс -ин указывает на принадлежность («чей?» — Ципин сын). Вопрос упирается в корень «цип-». Самая вероятная версия отсылает к диалектному глаголу «ципать» или «цыпать» — щипать, отщипывать, а также к существительному «ципок» (цыплёнок). В южнорусских и украинских говорах «ципа» или «цыпа» — это курица или цыплёнок, а «ципать» — звать птицу. Прозвище Ципа могли дать либо человеку с тонким, «писклявым» голосом, либо, что ещё вероятнее, по роду занятий — птицеводу или торговцу птицей. Вторая, менее распространённая гипотеза, связывает фамилию с польским или белорусским «cypa» (цыплёнок), что лишь подтверждает ту же логику.

Есть и более редкая версия: в некоторых говорах «ципа» означало не только птицу, но и зажим, прищепку, а также прозвище скряги или придирчивого человека. Однако для массового бытования фамилии эта трактовка вторична. Фамилия Ципин — типично крестьянская, «мирская», то есть образованная от бытового прозвища, а не от церковного имени. Она почти не встречается в дворянских родословных, зато относительно частотна в регионах, где исторически было развито птицеводство: на юге России, в Черноземье, а также в Беларуси и на Украине. Интересно, что в некоторых переписях XIX века встречается вариант написания «Цыпин» — через «ы», что отражает местное произношение. Этот вариант — не ошибка, а параллельная форма, которая со временем могла закрепиться в документах.

Таким образом, предок современного Ципина с высокой долей вероятности был крестьянином или ремесленником, чьё прозвище было связано с домашней птицей — либо по голосу, либо по занятию. Фамилия эта не претендует на древность и аристократизм, но сохранила в себе живую деталь деревенского быта, где каждое прозвище было точным, как метка.