Фамилия Ципина — это русская фамилия, образованная по одной из самых распространённых моделей: от основы через суффикс -ин. Суффикс -ин в русских фамилиях традиционно присоединялся к основам, оканчивающимся на -а или -я, и указывал на принадлежность: «чей?» — «Ципин», то есть сын или потомок человека по прозвищу или имени Ципа. Женская форма Ципина — это не отдельная фамилия, а грамматическое склонение, закрепившееся в обиходе (как у Кузьмина, Ильина).

Основа фамилии — слово «ципа» или «ципка». В русских говорах, особенно южнорусских и украинских, «ципа» — это распространённое подзывание для кур, а также само название цыплёнка или курицы. Соответственно, прозвище Ципа могли дать человеку по внешнему сходству: маленькому, суетливому, с лёгкой походкой или, наоборот, тому, кто разводил птицу. В некоторых диалектах «ципа» означало также «нечто мелкое, незначительное», что могло стать ироничным прозвищем для невысокого или младшего в семье человека.

Менее вероятна, но возможна связь с личным именем или его производным. В дохристианской и раннехристианской традиции усечённые формы имён вроде Ципа (от, например, Циприан или даже Степан) встречались редко, но полностью исключать их нельзя. Однако в случае с Ципиной куда логичнее опираться на прозвищную природу: слишком яркая и бытовая основа.

Географически фамилия Ципина встречается в центральных и южных регионах России, а также на Украине и в Беларуси. В старых писцовых книгах и ревизских сказках XVII–XVIII веков однокоренные фамилии (Ципин, Ципкин) фиксировались среди крестьян и посадских людей — то есть предки носителей фамилии были, скорее всего, из простонародья, а не из дворян или духовенства. Дворянских родов с такой фамилией в официальных родословных книгах не числится.

Таким образом, фамилия Ципина — это прозвищная фамилия, рассказывающая о бытовом мире предков: о курах, хозяйстве или о внешности человека, которого в деревне прозвали Ципой. Она не редкая, но и не массовая, и её носители могут быть уверены, что их фамилия — живая память о русской диалектной речи и деревенском укладе.