Фамилия Уструговы звучит как отголосок мастеровой Руси, где ремесло нередко становилось именем рода. В её основе лежит прозвище Уструга, которое ведёт начало от глагола «устругати» — то есть снять стружку с поверхности дерева или металла специальным инструментом. Логика прозвища проста: так могли называть человека, чьим ремеслом были столярные или плотницкие работы, того, кто виртуозно владел рубанком и стамеской. Потомки этого умельца со временем закрепили за собой прозвание Уструговы, отвечая на вопрос «чьи вы будете?» — «Уструговы».

Интересно, что, хотя в современном русском языке глагол почти вышел из обихода, в украинских говорах слово «устругати» сохранило своё прямое значение. Это указывает на возможные западнорусские или малороссийские корни родоначальника фамилии, хотя со временем она распространилась далеко за пределы первоначального ареала. Сама модель образования — от прозвища через притяжательный суффикс -ов — типична для большинства русских фамилий, сложившихся в XV–XVII веках, когда за крестьянскими и ремесленными семьями закреплялись наследственные именования.

Впрочем, есть и другая, более редкая версия, которую не стоит сбрасывать со счетов. В древнерусском языке существовало слово «уструг» — так называли небольшое речное судно, лодку, выдолбленную из цельного ствола дерева. Если прозвище Уструга произошло от этой лексемы, то перед нами не столяр, а лодочник, перевозчик или судостроитель. Эта гипотеза менее популярна, но она объясняет фамилию не через инструмент, а через предмет труда, что тоже вполне в духе народной ономастики.

Точное время и место возникновения фамилии Уструговы установить сложно: процесс формирования родовых имён шёл неравномерно, и документальные свидетельства о простых ремесленниках сохранились хуже, чем о дворянских родах. Однако сам факт, что фамилия дожила до наших дней, говорит о том, что за ней стоит устойчивая семейная традиция, уходящая корнями в славянскую культуру и письменность. Сегодня Уструговы встречаются в разных регионах России, и каждый носитель этой фамилии, сам того не ведая, хранит память о предке, который умел превращать грубую доску в гладкую, тёплую на ощупь поверхность.