Фамилия Венчугов — редкая и неочевидная с точки зрения происхождения. Первое, что бросается в глаза: в ней нет типичного для русских фамилий суффикса -ов, -ев или -ин, который присоединяется к полному имени или прозвищу. Формант -угов сбивает с толку: он встречается в фамилиях, образованных от названий народов (типа Калмыков, Татаринов), но «венчуг» — не этноним. Скорее всего, перед нами вариант фамилии Венчуков, где произошла замена суффикса под влиянием местного говора — явление нередкое в северных и вологодских землях, где -ов часто переходит в -угов.

Основа фамилии — прозвище Венчуг. В ономастике есть две основные версии его происхождения. Первая связывает его с диалектным словом «венчать» (венчание, свадьба). Венчугом в некоторых говорах могли называть участника свадебного обряда, дружку или свата, а то и просто бойкого, веселого человека, который любит «крутить» свадьбы. Вторая версия — от слова «венец»: так могли прозвать мастера, который делал венцы (ободы для бочек, сит, решет), или плотника, ставящего сруб (кладка венцов). В любом случае, прозвище имеет профессиональный или обрядовый корень.

В пользу того, что фамилия русская и исконная, говорит её география. Основной ареал Венчуговых — северные области России: Архангельская, Вологодская, Кировская. Это зона, где хорошо сохранились старые прозвища и нестандартные суффиксы. Встречается фамилия и в Забайкалье, но это, вероятно, следствие переселений крестьян в XIX веке.

С точки зрения словообразования, Венчугов — классическая патронимическая фамилия (отвечает на вопрос «чей?»). Но если бы исходная форма была Венчук, мы бы получили Венчуков. Форма на -угов заставляет предполагать, что прозвище звучало как Венчуг, а не Венчук. Такое чередование — не ошибка, а живая диалектная черта. В некоторых говорах, особенно в севернорусских, конечное -к смягчалось или заменялось на -г, что и дало редкий фамильный суффикс.

Таким образом, предок носителя фамилии Венчугов — человек, которого в своей среде знали по прозвищу, связанному либо со свадебным обрядом, либо с плотницким или бондарным ремеслом. Фамилия — не столичная, не дворянская, а крестьянская, северная, с явным отпечатком местного говора. В документах XVII–XVIII веков её стоит искать в писцовых книгах Русского Севера, а не в московских разрядах.