Фамилия Вергунава — это не просто вариант написания, а яркий пример того, как фонетика региона меняет облик привычной фамилии. Если разобрать её по косточкам, окажется, что перед нами, скорее всего, белорусский «след» более распространённой русской фамилии Вергунова.

В чём тут дело? В белорусском языке, в отличие от русского, ударение в фамилиях на -ов/-ев часто падает на последний слог, и гласный в суффиксе редуцируется, превращаясь в «а». Так на письме и закрепился вариант Вергунава вместо Вергунова. Это не ошибка, а нормальная для XIX–XX веков адаптация фамилии к местному произношению.

А теперь о корне. В основе лежит слово «вергун». В восточнославянских говорах так называли печенье, которое жарили в масле, — что-то вроде русского хвороста или хрустящих завитушек из теста. Само слово, скорее всего, связано с глаголом «вергать» (кидать, бросать): тесто буквально «вергали» в кипящее масло.

Исходное мирское имя Вергун давали ребёнку в языческие времена как пожелание или просто по традиции называть детей «вкусными» словами. Но гораздо правдоподобнее, что Вергуном прозвали взрослого человека — пекаря, который пёк это лакомство, или торговца, который им торговал. Так прозвище перешло в фамилию: «Вергунов сын» или «вдова Вергуна» со временем стали просто Вергуновыми, а в белорусском произношении — Вергунава.

Таким образом, фамилия Вергунава прямо указывает на занятие предка: он имел дело со сдобой и выпечкой. Это не дворянская фамилия с географической привязкой, а типичная «профессиональная» фамилия, каких много среди крестьян и мещан. Если вы носите эту фамилию, ваши предки, скорее всего, жили на территории современной Беларуси или в белорусско-русском пограничье и славились своим пекарским ремеслом.