Фамилия Вершина — один из тех случаев, когда внешне прозрачная форма обманчива. Первое, что приходит на ум — связь со словом «вершина» (верх, высшая точка). Однако эта версия наименее вероятна: прозвища по абстрактным топографическим признакам в русской традиции редки, а фамилии от них обычно оформляются иначе (например, Вершинский).

Куда убедительнее выглядит связь с реальным ремеслом. В основе фамилии, скорее всего, лежит слово «верша» — рыболовная снасть в виде плетёной воронки-бутыли, куда рыба заходит, а обратно выбраться не может. Прозвище Верша давали рыбаку, который промышлял таким способом ловли. Это конкретная, «профессиональная» фамилия, каких много в русском ономастиконе: Корчага, Ковш, Лопата.

Есть и вторая, менее известная версия. В некоторых говорах бытовало слово «вершь» — так называли хлеб в снопах или зерно в кладях. Если прозвище пошло оттуда, то предок мог быть не рыбаком, а земледельцем или владельцем амбаров. Оба значения — «верша» и «вершь» — исторически пересекаются, и без точной записи XVII–XVIII века сказать, какое из них сработало в конкретном роду, невозможно.

Словообразовательная модель типична для северных и центральных регионов России: фамилия застыла в форме женского рода единственного числа, что характерно для прозвищ, перешедших в фамилии без добавочного суффикса (сравните: Шуба, Шапка, Лапоть — но в таких случаях форма часто остаётся мужской, а здесь мы видим именно «Вершина»). Возможно, изначально это было матроним: «Вершина» — жена или вдова человека по прозвищу Верша. В словаре Б. Унбегауна подобные случаи отмечены как редкие, но встречающиеся.

Итак, главное: предок носителя фамилии Вершина, скорее всего, не покоритель горных вершин, а человек, чья жизнь была связана с водой и плетёными снастями — либо с крестьянским трудом и хранением зерна.