Фамилия Визгов — редкий пример, где основа прозвища не лежит на поверхности. В отличие от очевидных ремесленных или «птичьих» фамилий, корень «визг-» заставляет задуматься: кого на Руси могли прозвать Визгом?

Самый прямой путь — прозвище по голосу. Визгом в диалектах называли не просто крик, а пронзительный, резкий звук. Человек с таким прозвищем мог обладать зычным, высоким голосом — пастух, глашатай, или просто тот, кто говорил громко и визгливо. В ономастике это типичная модель: внешняя или поведенческая примета становилась именем, а затем фамилией. Суффикс -ов указывает на принадлежность: «чей?» — Визгов, то есть сын, потомок Визга.

Есть и вторая, менее очевидная версия. В некоторых северных и сибирских говорах «визгать» означало не только кричать, но и «пилить», «резать с визгом» (например, пилой по сырому дереву). В таком случае Визгом могли прозвать плотника, столяра или пильщика — мастера, чей инструмент издавал характерный звук. Эта версия правдоподобнее, если фамилия встречается в регионах, где было развито лесное дело или деревянное строительство.

Географически фамилия Визгов — не массовая. По переписям и архивным данным, она тяготеет к Поволжью и Уралу, реже встречается в центральных областях. Это косвенно подтверждает вторую версию: именно в лесных районах с большим количеством плотников и лесорубов прозвище по инструменту могло закрепиться чаще.

Словообразовательно фамилия проста: основа «визг» + патронимический суффикс -ов. Она не содержит редких формантов вроде -их или -ский, что говорит о её происхождении из крестьянской или посадской среды, где фамилии образовывали по самой ходовой модели «от прозвища отца».

Сравните с однокоренными Визгин, Визгунов — у них суффиксы -ин и -ун указывают на немного другой оттенок: Визгун — это «тот, кто постоянно визжит», а Визгов — «принадлежащий Визгу». Разница в том, что Визгов закрепилась именно как родовое имя от конкретного прозвища, а не от качества действия.

Таким образом, предок носителей фамилии Визгов — либо человек с громким, резким голосом, либо, что вероятнее, мастер, работавший с пилой или другим инструментом, издававшим визг. Точнее определить помогли бы местные архивные записи, но оба варианта укладываются в логику русских прозвищ XV–XVII веков.