Фамилия Волдырева — женская форма фамилии Волдырев, и её история почти целиком упирается в прозвище Волдырь. В русских говорах это слово имело прямой смысл: кожный нарыв, опухоль, шишка. Но в переносном смысле «волдырём» нередко дразнили обидчивого, вспыльчивого человека, который «вскипает» по любому поводу. Кроме того, в некоторых областях так называли маленького, толстого или надутого ребёнка. Таким образом, первый носитель прозвища Волдырь мог получить его либо по внешнему признаку (прыщавая кожа, шишка на теле), либо по характеру.

Словообразовательная модель здесь простая и типичная для русского Севера и центра: суффикс -ев (фонетический вариант -ов после мягких и шипящих) присоединился к основе «Волдырь». Фамилии на -ев в этой части России часто указывали на патроним: Волдырев — сын Волдыря. В документах XV–XVII веков такое прозвище встречается нередко. Например, в «Ономастиконе» С. Б. Веселовского упоминается крестьянин Волдырь (1495 год, Новгород), а также несколько людей с фамилией Волдыревы из разных уездов. Это говорит о том, что прозвище было распространённым и не считалось оскорбительным — скорее, бытовым и узнаваемым.

Интересная деталь: в отличие от фамилий, образованных от имён или профессий, Волдырев — яркий пример «прозвищной» фамилии, которая могла закрепиться за целым родом независимо от сословия. В переписях XIX века Волдыревы встречаются и среди государственных крестьян (например, в Вятской губернии), и среди мещан в городах. Женская форма Волдырева закрепилась по тому же принципу: дочь или жена Волдырева.

Споров о происхождении корня почти нет. Версия о связи с диалектным «волдыга» (пьяница) или с тюркским словом «булдыр» (мутный) маловероятна: в русских говорах «волдырь» имеет чёткую славянскую этимологию, связанную с «волна», «вздутие». Так что человек, ищущий фамилию Волдырева, скорее всего, потомок того, кого в деревне за глаза называли Волдырём — за характер или за внешность. И в этом нет ничего обидного: прозвища на Руси давали метко и без злого умысла.