Фамилия Заломский — одна из тех, где за привычной формой на «-ский» скрывается не географическое название, а прозвище или охранительное имя. В её основе лежит слово «залом», и здесь открываются сразу два возможных пути происхождения, и оба по-своему интересны.

Первый вариант: имя Залом давали как оберег. В древнерусской традиции существовал обычай называть детей «плохими» словами, чтобы отвести от них злые силы. Залом — нечто согнутое, надломленное, то есть внешне несовершенное. Родители, называя так сына, как бы говорили: «Нечего на него зариться, он и так не удался». На деле же желали ему здоровья и благополучия, а имя служило маскировкой от сглаза.

Вторая версия опирается на прямое значение глагола «заломить» — согнуть, надломить с усилием. Прозвище Залом мог получить человек с крутым нравом, тот, кто «гнул свою линию», или, напротив, мастер, работающий с деревом и ломающий ветки. В любом случае прозвище это было нередким.

Фамилии с корнем «залом» известны с XVI века. Академик Степан Веселовский в своём «Ономастиконе» приводит несколько ранних упоминаний: пошехонский крестьянин Григорий Залом (1550 год), Алферий Григорьевич Заломов (1522 год), а также сын боярский Заломенков Пётр, который в 1611 году числился в Подмосковном ополчении. Как видим, фамилия бытовала и среди крестьян, и среди служилых людей, что говорит о её широком распространении.

Суффикс «-ский» в фамилии Заломский типичен для польской, украинской и западнорусской традиции. Чаще всего такие фамилии образовывались от названий мест, но в данном случае основа — личное прозвище. Это делает фамилию редкой по словообразовательной модели: не «из Заломова», а «принадлежащий Залому» или «происходящий от Залома». Встречается она преимущественно на западе и юге России, а также в Беларуси, где суффикс «-ский» был особенно распространён среди шляхты, но не был исключительно дворянским.

Таким образом, фамилия Заломский — не про географию, а про характер или древний обычай. Её носитель мог быть потомком человека с прозвищем Залом, которое в XVI–XVII веках было вполне обычным для крестьян и детей боярских.