Фамилия Землисын — один из редких примеров, где славянская модель отчества сохранила архаичный суффикс -сын. В русской традиции фамилии на -ов/-ев и -ин давно вытеснили более древнюю форму «имя + сын», но в украинской, белорусской и польской ономастике такие окончания встречаются чаще. Здесь же суффикс -сын прикреплён к основе «Земля», что сразу выдаёт неканоническое, мирское прозвище.

Основа «Земля» могла относиться к крестьянину-земледельцу, но вряд ли прямо — слишком общее слово. Скорее всего, прозвище Земля дали человеку с особым отношением к земле: либо тому, кто владел большим наделом, либо, наоборот, безземельному батраку, которого дразнили иронично. В русских говорах «земля» также означала «пол», «низ» — возможно, прозвище закрепилось за невысоким человеком или тем, кто работал внизу, например, в руднике или погребе.

По словообразовательной модели фамилия Землисын — это отчество второго порядка: «чей сын? — Земли». Форма родительного падежа «Земли» указывает, что имя отца было Земля (в древнерусском склонении — «Земля, Земли»). Такие отчества без дополнительных суффиксов типичны для украинской традиции, где фамилии вроде Грицысын, Иванисын встречаются до сих пор. В русских землях эта модель почти исчезла к XVII веку, поэтому Землисын — скорее всего, выходец с запада или юга России, из регионов, где сильнее влияние украинской антропонимии.

Ударение, вероятно, падает на последний слог — Землисы́н, как в украинских фамилиях. Встречаемость фамилии крайне низкая: в современных базах данных она почти не фиксируется, что говорит либо о её угасании, либо о переходе в более привычную форму — например, Землисов или Землисин. Если ваши предки носили эту фамилию, они могли быть из Черниговской, Полтавской или Смоленской губерний — зоны, где «сын» в фамилиях держался дольше всего.

Иных версий происхождения, кроме прозвищной, нет: связывать фамилию с географическим названием или профессией «землемер» маловероятно, так как в таких случаях суффикс был бы другим (-ский, -ов). Фамилия Землисын — живое свидетельство того, как в русском языке отчество могло застыть в форме, которую мы привыкли считать исключительно украинской или польской.