Фамилия Зыбелев — редкий пример, когда у прозвища-основы есть как минимум два совершенно разных корня, и оба правдоподобны. Первый ведёт в псковские говоры, где глагол «зыбать» означал «качать, колебать, покачивать». Человека, получившего прозвище Зыбель, могли так назвать за неуклюжесть, расторопность или, наоборот, за рассеянность и неспособность держаться твёрдого решения. Более того, в народе это прозвище нередко приобретало ироничный оттенок: так могли окрестить любителя выпить, который после застолья еле стоял на ногах. То есть прозвище указывало либо на характер, либо на привычку, от которой предок, возможно, и не страдал, но получил меткое прозвание.

Вторая версия отсылает к нарицательному «зыбель» — «трясина, топкое, зыбкое место». В этом случае прозвище было чисто топографическим: так могли назвать человека, жившего у болота или на нестойкой, влажной почве. Оба варианта возможны, но лингвистически они сходятся в одной модели: суффикс -ев (а не -ов) указывает, что основа прозвища оканчивалась на мягкий согласный (Зыбель → Зыбелев). Такое окончание типично для фамилий северных и центральных регионов России, но не даёт узкой географической привязки.

Фамилия Зыбелев — штучная, нечастотная. Её носители встречаются в основном на северо-западе России, что косвенно поддерживает версию о псковских корнях. В словарях русских фамилий она не приводится как хрестоматийный пример, но разбирается по тем же законам, что и однокоренные Зыбин, Зыбков, Зыбцев. Отличие в том, что Зыбелев образован не напрямую от глагола, а через прозвищную форму с суффиксом -ель, который в русской антропонимии встречается реже, чем -к- или -н-. Это делает фамилию более архаичной по звучанию.

Так что перед нами типичная «прозвищная» фамилия, где за бытовым, даже грубоватым прозванием стоит либо особенность поведения, либо природная примета места. И то и другое — живые свидетельства того, как в языке закреплялась наблюдательность окружающих.