Фамилия Абакров — тот случай, когда написание подсказывает больше, чем звучание. На слух она почти сливается с Абакуров или Абакумов, но финальное -ов выдаёт другую основу. Скорее всего, мы имеем дело с фонетическим упрощением: полная форма исходного имени — Абакур или Абакир — в бытовой речи потеряла гласный, превратилась в Абакр, а от него уже образовали фамилию с типичным русским суффиксом принадлежности -ов. Основа здесь не церковное каноническое имя, а его народная, обиходная версия.

Корень восходит к каноническому имени Аввакум (древнееврейское «объятие», «любовь Божия»). В русской традиции это имя давали в честь пророка и особенно почитали старообрядцы. В разговорной речи имя Аввакум сокращалось до Абакум, а затем и до более коротких вариантов вроде Абакур, Абакир. Такое дробление имени на разные ветви — обычное дело для русской антропонимии. Фамилия Абакров стоит в одном ряду с более частыми Абакумов, Абакушин и редкими Абакуров.

Если принять версию с утерянным гласным, то географически фамилия могла закрепиться в регионах, где было сильно влияние старообрядчества или где активно бытовали северные и сибирские говоры с их склонностью к «съеданию» гласных. В переписных книгах XVII–XVIII веков встречаются крестьяне и посадские люди с именами Абакур, Абакир — именно они и стали родоначальниками Абакровых. Сословно предки, скорее всего, были крестьянами или ремесленниками, поскольку фамилии на -ов из полных форм имени в дворянской среде образовывались редко — там предпочитали более книжные варианты.

Словообразовательная модель проста: основа Абакр- плюс суффикс -ов. Это типичная патронимическая фамилия, отвечающая на вопрос «чей?» — то есть сын или потомок Абакра. В документах XIX века могли писать и Абакровъ с твёрдым знаком на конце, что не меняет сути. Современное написание без ъ закрепилось после реформы 1918 года.

Интересно, что фамилия Абакров — редкий случай, когда написание расходится с ожидаемой формой. Если бы не фиксация в документах, её легко можно было бы спутать с более распространёнными вариантами. Но именно эта особенность делает её ценной для историков языка: она сохранила след живой речи, где гласные редуцировались, а имена «обкатывались» до удобного произношения.