Фамилия Алкачев — редкий случай, где прозвище могло возникнуть из двух разных жизненных ситуаций, и обе одинаково правдоподобны. Основа «алкач» (или «алкаш») в русских говорах означала не только пьяницу, как сегодня, но и просто «жадный до чего-либо человек», «ненасытный», «алчущий». Второе значение — «попрошайка», «нищий», тот, кто постоянно просит, «алчет» подаяния. Именно это, более старое и нейтральное значение, скорее всего, и легло в основу прозвища: так могли назвать не обязательно пропойцу, а, например, человека с неуёмным аппетитом или того, кто постоянно клянчил у соседей.

Модель образования проста: суффикс -ев указывает на принадлежность («чей?»). Алкачев — сын Алкача. В XVI–XVII веках это было типичное мирское прозвище, которое давали вне церковного имени, по поведению или привычке. Интересно, что в некоторых диалектах слово «алкать» сохраняло значение «голодать», «сильно хотеть есть», поэтому прозвище могло закрепиться за человеком, который вечно был голоден — в прямом, а не переносном смысле.

География фамилии показывает, что она не была распространена по всей России, а концентрировалась в определённых регионах, особенно в Поволжье и на юге. В документах XIX века Алкачевы встречаются среди крестьян и мещан Саратовской, Астраханской и Воронежской губерний. Это косвенно подтверждает версию о диалектном происхождении: слово «алкач» именно в этих краях бытовало активнее, чем, скажем, в северных говорах.

Сравнение с однокоренными фамилиями — Алкаев, Алкашев — показывает, что корень «алк-» не был табуированным. В ономастике есть примеры, когда «неблагозвучные» для современного уха прозвища становились фамилиями без всякого стеснения: Гуляев, Объедунов, Пьянков. Алкачев стоит в этом же ряду, и его первоначальный смысл мог быть куда безобиднее, чем кажется сейчас.

В словаре Б. Унбегауна «Русские фамилии» фамилия не упоминается как отдельная статья, но модель с суффиксом -ев от прозвища на шипящий (Алкач) — стандартная и не требует дополнительных пояснений. Если ваши предки носили эту фамилию, скорее всего, они были крестьянами или посадскими людьми, а прозвище родоначальника отражало либо его бедность, либо особенность характера — настойчивую жадность до чего-то, будь то еда, выпивка или просто внимание.