Фамилия Андрезин — яркий пример того, как редкая словообразовательная модель может рассказать о происхождении больше, чем очевидная основа. На первый взгляд всё ясно: в основе лежит крестильное имя Андрей (от греческого «андрос» — мужчина, муж). Но суффикс «-ин» здесь не простой.

В русских фамилиях суффикс «-ин» обычно присоединялся к основам на «-а/-я» (Иванов, но Ильин, Кузьмин). Фамилия Андрезин выглядит так, будто её образовали не напрямую от имени Андрей, а от его производной формы — Андрея или Андрези. Такое окончание характерно для западнорусских и польских влияний: в польском языке имя Анджей (Andrzej) могло дать форму типа Andrzejewicz, а в русской адаптации — Андрезин. Встречается эта модель и среди фамилий украинского или белорусского происхождения, где «-ин» могло закрепиться за отчествами от уменьшительных имён.

Вероятнее всего, Андрезин — это отчество от прозвищной или обиходной формы Андрезий, Андреза. Такие имена в XVI–XVII веках фиксировались в писцовых книгах на юге и западе России, а также среди казачества. Носитель фамилии — потомок человека, которого в быту звали не Андреем, а Андрезой или Андрезием. В отличие от массовых Андреевых, эта фамилия встречается редко, что говорит о локальном бытовании.

В современных справочниках по ономастике фамилию Андрезин нередко связывают с польско-белорусским пограничьем, где имя Андрей давало множество вариаций: Андржейчик, Андреевский, Андрезин. Фамилия могла закрепиться за переселенцами из Речи Посполитой или за жителями Смоленщины, Брянщины.

В социальном плане Андрезины, скорее всего, не принадлежали к высшей аристократии — такие фамилии чаще встречались среди крестьян, мещан и однодворцев. Сословной окраски у неё нет, но редкое окончание делает её заметной на фоне обычных «андреевских» фамилий.