Фамилия Апраканцев — редкий случай, когда географическая привязка оказывается надёжнее, чем попытка разобрать корень по словарям. Основа Апракан- не встречается ни в древнерусских именах, ни в распространённых прозвищах, ни в названиях профессий. Самое вероятное объяснение — топонимическое. В Тверской, Псковской и Смоленской областях есть несколько деревень с названием Апраксино, а также урочища и пустоши, образованные от имени Апракс (сокращение от Евпраксий или Евпраксия). Если житель такой деревни переезжал в другое место, его могли записать как Апраксинцев — «выходец из Апраксина». Со временем «кси» в быстрой речи или из-за ошибки писаря превратилось в «кан»: Апраксинцев → Апраканцев. Подобные фонетические сдвиги (выпадение или замена группы согласных) встречаются в фамилиях на -инцев/-енцев, где исходная основа теряла слог.

Суффикс -ев в окончании указывает на принадлежность: чей? — Апраканцев, то есть «сын Апраканца». А сам Апраканец — прозвище или именование по месту жительства, как Тверич, Москвич или Ржевитин. Модель образования типична для северо-западных и центральных регионов России, где фамилии на -ев/-ов нередко возникали от названий деревень. В пользу этой версии говорит и то, что фамилия Апраканцев почти не встречается в южных областях и за Уралом — её носители компактно живут именно в Тверской, Новгородской и Ленинградской областях.

Менее убедительная гипотеза выводит основу из тюркских языков: «апрак» в некоторых диалектах означает «чистый, белый», а «ан» — суффикс принадлежности. Но тогда логичнее было бы ждать фамилию Апраканов или Апракин, без суффикса -анц-. Кроме того, нет никаких исторических свидетельств о тюркском роде Апраканцевых в русских документах XVII–XVIII веков. Поэтому топонимическая версия остаётся основной.

Социальный состав носителей фамилии в XIX веке — преимущественно крестьяне и мещане. В ревизских сказках Тверской губернии за 1850-е годы Апраканцевы записаны как государственные крестьяне, то есть лично свободные, не принадлежавшие помещикам. Это объясняет, почему фамилия не получила распространения в дворянских кругах и не попала в родословные книги. В советское время фамилия осталась редкой: по данным переписи 2020-х годов, в России насчитывается около 300–400 носителей, в основном в Тверской области и Санкт-Петербурге.