Фамилия Апрелковы — один из тех случаев, когда за привычным звучанием может скрываться не одна, а две совершенно разные истории. Самая очевидная версия отталкивается от мирского имени Апрель, которое давали младенцу, родившемуся в соответствующем месяце. Такие «календарные» имена были в ходу у славян задолго до массового распространения христианских святцев, и апрельское имя не исключение. В народной памяти прочно сидели приметы: «В апреле земля преет», «Апрель всех напоит», «Март пивом, апрель водою, славится» — эти поговорки создавали вокруг месяца ореол сытости, тепла и начала настоящей весны. Ребёнок с таким именем как бы получал часть этой природной силы.

Однако есть и другая, более прозаичная версия, которая уводит нас от весенней поэзии к быту. Фамилия могла возникнуть от прозвища Опрелок, образованного от глагола «преть» в значении «потеть», «париться». В этом случае перед нами не имя по месяцу, а прозвище по характеру или роду занятий: так могли прозвать трудолюбивого человека, который в работе не знал устали и, как говорили, «прел» над делом. Переход «о» в «а» (Опрелок → Апрелков) — явление для русской ономастики рядовое, особенно под влиянием «акающих» говоров или соседних белорусских диалектов, где такое произношение было нормой.

Словообразовательная модель фамилии необычна двойным суффиксом. Сначала основа Апрел- (или Опрел-) обросла суффиксом -к-, который мог указывать на принадлежность к западным славянским землям — украинским или белорусским. А затем уже к этой форме добавился стандартный русский патронимический суффикс -ов. Получается, что фамилия Апрелковы могла сложиться на стыке культур: исходное прозвище или имя родилось в западнорусских землях, а окончательное оформление в виде фамилии на -ов произошло уже в великорусской среде.

О точном месте и времени возникновения фамилии говорить сложно: процесс закрепления фамилий был долгим, и документальных свидетельств по Апрелковым пока найдено мало. Но сам факт, что фамилия не угасла, а дошла до наших дней, говорит о том, что за ней стоит либо крепкая крестьянская традиция называть детей «по погоде», либо не менее крепкая привычка давать меткие прозвища по труду.