Фамилия Бадлаев — редкий случай, где в основе почти наверняка лежит не русское, а тюркское или кавказское слово. Модель образования проста: тюркское личное имя или прозвище Бадла (или Батла) плюс русский патронимический суффикс -ев, означающий «сын» или «потомок». Такое оформление характерно для фамилий, которые складывались в XVI–XIX веках у народов, вошедших в состав Российского государства и принявших православие: крещёных татар, башкир, ногайцев, народов Северного Кавказа.

Наиболее правдоподобная версия связывает основу с тюркским «батла» — «грязь, болото, топь». В этом случае Бадла — прозвище человека, жившего у болотистой местности, либо того, кого в насмешку называли «грязнулей» или «увальнем». В ономастике такие «топографические» и уничижительные прозвища — один из главных источников фамилий: они были приметны и легко закреплялись за родом. Менее вероятна, но возможна связь с арабским «бадл» — «жертва, дар»: такое имя мог получить ребёнок, рождённый после обета или тяжёлых родов.

Географически фамилия тяготеет к регионам с сильным тюркским субстратом: Поволжье, Приуралье, Северный Кавказ. Встречается она редко, в основном в записях XIX — начала XX века у крестьян и казаков. Сословная принадлежность — почти всегда крестьянство или казачество, без дворянских ветвей. Ударение, судя по модели, падает на последний слог: Бадла́ев, хотя в бытовой речи возможны варианты.

Интересная деталь: написание фамилии через «д» (а не «т») — результат адаптации тюркского звука к русской графике. В тюркских языках глухой «т» между гласными часто озвончается, и при записи в церковных книгах его могли передать буквой «д». Если бы фамилия оформлялась позже, в советское время, при паспортизации, она, скорее всего, осталась бы как Батлаев — более близкая к исходному произношению.