Фамилия Балдин образована от прозвища Балда — но не спешите делать выводы по сказке Пушкина. В старых русских говорах у этого слова не было ничего общего с глупостью. В вологодских землях «балдой» называли долговязого и неуклюжего человека, в рязанских — сплетника или баламута. А ещё Балдой могли прозвать плотника: в некоторых диалектах это слово закрепилось за ремеслом, возможно, из-за характерного звука топора или манеры работы.

Первое документальное упоминание прозвища относится к 1564 году — в исторических записях фигурирует крестьянин Балда Кондрат из Одонца. Это ставит фамилию Балдин в ряд древних русских родовых имён, возникших ещё до Смутного времени.

Суффикс -ин указывает на принадлежность: Балдин — «сын Балды» или «человек из рода Балды». Такая модель типична для фамилий, образованных от прозвищ или имён, оканчивающихся на -а/-я. В этом смысле Балдин стоит в одном ряду с Кузьминым, Ильиным или Путятиным.

Интересно, что в некоторых регионах «балдой» называли не человека, а предмет — например, большой молот или кувалду. Если предок был кузнецом или работал с тяжёлым инструментом, прозвище могло перейти на него по роду занятий. Однако эта версия менее распространена, чем антропонимическая — от описания внешности или характера.

Фамилия встречается преимущественно в центральных и северных областях России, особенно в Вологодской, Костромской и Нижегородской губерниях. Это совпадает с ареалом бытования диалектного слова «балда» в значении «неуклюжий» или «долговязый».