Фамилия Балтунов — один из тех случаев, когда внешняя прозрачность обманчива. На слух сразу кажется: «болтун», человек говорливый. Но корень здесь не «болт», а «балт» — и это меняет всё.

Словообразовательная модель проста: основа Балтун + патронимический суффикс -ов, означающий «сын Балтуна». Суффикс -ун в русских прозвищах и фамилиях обычно указывает на деятеля, склонного к какому-то действию или состоянию: говорун, молчун, бегун. Балтун — человек, который «балтал», то есть болтал. Но есть нюанс: в древнерусском и диалектах глагол «балтать» (с корнем на -а-) означал не только пустую речь, но и качать, болтать жидкость, мешать, взбалтывать. Поэтому Балтуном могли прозвать не пустослова, а, например, работника, который месил тесто, взбалтывал масло в бочке или качал воду. Вторая версия — прозвище от «балтать» в значении «шататься, бродить без дела»; тогда это человек-бродяга, не сидящий на месте.

Спорный корень — возможная связь с тюркским «балта» (топор). В этом случае Балтун — человек, связанный с топором: плотник, дровосек или воин. Версия правдоподобна для южнорусских и казачьих областей, где тюркские заимствования в прозвищах были обычны. Однако фамилия Балтунов не имеет массового бытования на Кавказе или в Поволжье — она встречается в основном в центральной России, что делает славянскую версию более вероятной.

Интересная деталь: фамилия редкая. В современных справочниках она не входит в топ-тысячу, а её носители сосредоточены в основном в Воронежской и Липецкой областях, а также в Сибири (потомки переселенцев XIX века). Это указывает на локальное происхождение — скорее всего, от одного прозвища, закрепившегося в конкретной деревне или роду.

Таким образом, предок Балтунов был либо говорливым человеком, либо работником, занятым «болтанием» (взбалтыванием, перемешиванием), либо, с меньшей вероятностью, плотником. Выбрать одну версию сложно — все три имеют право на жизнь, но первая (от глагола «балтать» в значении «болтать») поддерживается прямой аналогией с фамилиями Болтунов, Болтухин. Фамилия Балтунов — просто её фонетический вариант, где «о» перешло в «а» под влиянием акающих говоров.