Фамилия Бельмесова — одна из тех, где за привычным русским окончанием скрывается совсем не славянский корень. Вопреки распространённому мнению, её основа не имеет отношения к глаголу «белить» или чему-то белому. Разбираемся по порядку.

Фамилия Бельмесова (а в мужском варианте — Бельмесов) образована по стандартной русской модели: к основе, прозвищу Бельмес, добавили типичный фамильный суффикс -ов/-ев. Такая модель образования — самая массовая в русском языке, но в данном случае она скрывает необычную историю происхождения.

Прозвище Бельмес восходит к урумскому слову «бильмез». Урумы — это тюркоязычный народ греческого происхождения, который издавна жил в Приазовье и Крыму. Слово «бильмез» переводится на русский как «незнайка», «неосведомленный» или «незнакомый». Именно среда греков-урумов, обосновавшихся на Азове после присоединения этих территорий к России в 1695–1696 годах, и считается местом возникновения фамилии Бельмесов.

Что могло означать такое прозвище? Есть две основные версии. Первая — бытовая: Бельмесом могли прозвать новосёла, человека, который приехал в деревню или город из другого места. Для местных жителей он был незнакомцем, «незнайкой», который не знает местных порядков. Вторая версия — охранительная. В языческой традиции родители могли наречь ребёнка именем с отрицательным значением (Бельмес — «незнающий»), чтобы обмануть злых духов. Считалось, что такого ребёнка никто не заберёт, и в итоге он вырастет умным и способным — вопреки своему имени.

Фамилия Бельмесова — редкий пример того, как тюркское (урумское) слово органично вошло в русскую фамильную систему, сохранив при этом память о переселениях и культурных контактах на южных рубежах России. Окончательно определить точное место и время возникновения конкретной ветви рода Бельмесовых можно только в ходе целенаправленного генеалогического исследования, но лингвистический след ведёт прямо к азовским грекам рубежа XVII–XVIII веков.