Фамилия Бестонов — редкий случай, когда прозрачная на первый взгляд основа ставит перед исследователем больше вопросов, чем ответов. Если отбросить версию о случайном искажении при переписи (что маловероятно для устоявшейся фамилии), то перед нами — притяжательное прилагательное на -ов, образованное от прозвища или имени Бестон. Но что стоит за этим словом?

Самая очевидная и лингвистически простая версия — тюркское или кавказское происхождение. В тюркских языках есть корень «бес» (пять) и «тон» (шуба, одежда, а в переносном смысле — богатство, достаток). Имя Бестон могло означать «пять шуб», то есть человека зажиточного, владевшего несколькими дорогими одеяниями. В осетинском языке «бестон» означает «место, страна», но маловероятно, что фамилия образована от географического понятия — скорее, от личного имени.

Вторая версия, менее популярная, но имеющая право на существование, — связь с английским словом best (лучший). В XIX веке среди обрусевших иностранцев, особенно гувернёров и мастеровых, могли давать прозвище Бест — «лучший». Русская адаптация с суффиксом -онов (через промежуточную форму Бестонов) дала бы фамилию. Однако эта гипотеза слабая: фамилия не встречается в дворянских родословных, где следы иностранцев обычно фиксируются.

Третий путь — диалектный. В северных русских говорах слово «бестона» или «бестонь» могло означать что-то вроде «бестолковый», «непутевый» (от «без толку»). Но это лишь предположение: письменных фиксаций такого слова в словарях Даля или говоров нет. Если бы оно существовало, фамилия Бестонов относилась бы к «охранительным» прозвищам — чтобы отвести беду, назвать ребёнка «неудачником», а он вырос удачливым.

Географически фамилия Бестонов редка и разбросана. Встречается в Поволжье (Татарстан, Башкирия) и на юге России, что косвенно поддерживает тюркскую версию. В дореволюционных метрических книгах носители — преимущественно крестьяне и мещане, без указания на дворянство.

Таким образом, наиболее вероятно, что Бестоновы — потомки человека по имени или прозвищу Бестон, которое в тюркской среде означало «богатый, имеющий пять шуб». Со временем прозвище забылось, а фамилия осталась, сохранив в себе отголосок бытовой культуры — ценности меха и одежды как показателя достатка.