Фамилия Безгуб — один из ярких примеров того, как русская ономастика фиксирует внешность человека через отрицание. В основе лежит прилагательное «безгубый», которое в прямом смысле описывало человека с очень тонкими, малозаметными или бледными губами. В крестьянской среде, где прозвища давали метко и без обиняков, такая деталь внешности сразу бросалась в глаза и становилась отличительным признаком рода.

Менее вероятная, но возможная версия связывает фамилию с физическим недостатком — врождённой расщелиной губы (так называемой «заячьей губой») или травмой, из-за которой человек лишился части губы. Однако ономастика чаще склоняется к первому толкованию: прозвище Безгуб скорее означало «тот, у кого губ почти не видно», чем «тот, у кого губы нет». Словообразовательная модель проста и прозрачна: корень «губ» и приставка «без-» образуют основу, к которой в дальнейшем мог присоединиться фамильный суффикс, но в данном случае фамилия закрепилась в чистой, бессуффиксной форме — Безгуб. Такая модель встречается реже, чем фамилии на -ов или -ин, и обычно указывает на украинское или южнорусское происхождение прозвища.

В сословном отношении носители фамилии не были привязаны к какому-то одному кругу: прозвище могли дать и крестьянину, и казаку, и мещанину. Географически фамилия чаще встречается в южных и центральных областях России, а также на Украине, что подтверждает её южнорусские корни. Однокоренные фамилии — Безгубов, Губин, Губкин — образованы по другим моделям, но все они отталкиваются от той же внешней приметы: формы или состояния губ.

Таким образом, фамилия Безгуб — это не загадка, а прямое указание на то, как выглядел её первый носитель. Она не скрывает за собой забытое ремесло или древнее имя, а честно говорит о внешности — и в этом её историческая ценность.