Фамилия Благирев — случай, когда за одним написанием могут стоять две совершенно разные истории, и обе имеют право на существование. Первая, самая прозрачная, ведет к конкретному ремеслу. Слово «благирь» — это малярная краска бледно-желтого цвета, заимствованная из немецкого языка в петровскую эпоху. Человек, получивший прозвище Благирь, скорее всего, был маляром или красильщиком, работавшим с этой краской. Фамилия образовалась по стандартной модели: прозвище на -ь дало основу, к которой добавили типичный русский суффикс принадлежности -ев, указывающий на потомка (чей? — Благирев). В этом случае фамилия — прямой след профессии, и она не уникальна по модели: так же появились Маляровы, Красильниковы, Синьковы (от синьки), но с редкой и узкой специализацией — по конкретному виду краски.

Вторая версия уводит в глубину народных имен. В старых русских говорах существовала словообразовательная модель с суффиксом -ирь, который обозначал деятеля по характерному действию или свойству. Самый известный пример — Мизгирь (от «мизгать» — плакать, то есть плакса). По аналогии от корня -благ- (благо, благой) могли образовать имя или прозвище Благирь — «тот, кто творит благо», «праведник». Такое имя могли дать ребенку как пожелание благочестивой жизни, либо оно закреплялось за взрослым человеком с мягким, добрым нравом. Эта версия менее очевидна, но лингвистически состоятельна: суффикс -ирь в этой функции редок, но хорошо засвидетельствован в северных и сибирских диалектах.

Какая из них верна для конкретной семьи — без генеалогического исследования не определить. Оба пути вели к одной фамилии, и носители с разными предками-основателями могли оказаться однофамильцами. Известно, например, что в начале XX века Благиревы жили в Курской губернии: в документах Алматинской области упоминается Благирев Афанасий Михайлович, 1898 года рождения, уроженец Льговского уезда. Это указывает на южнорусский ареал бытования фамилии, что скорее говорит в пользу «малярной» версии — в этих краях ремесленные прозвища были распространены. Но и имя-пожелание Благирь в крестьянской среде тоже не редкость.

Фамилия недвусмысленно читается, но её корень допускает двойное толкование: от конкретного орудия труда (краски) до отвлеченного нравственного понятия. Разобраться, что стояло за прозвищем вашего предка, можно только по архивным записям — метрикам, ревизским сказкам, где рядом с именем могли указать занятие.