Происхождение
Фамилия Болычевцевы
Фамилия Болычевцев — отличный пример того, как за одной словообразовательной моделью может скрываться несколько историй происхождения. В ней сразу бросается в глаза редкий суффикс -евцев. Обычно фамилии на -ов/-ев образуются от имени или прозвища отца, а вот формант -евцев указывает на собирательное или территориальное происхождение: так называли выходца из определённого места или члена некой общности. Иными словами, Болычевцев — это «сын Болычевца», а сам Болычевец — человек, либо носивший прозвище Болыч, либо родом из мест с похожим названием.
Ключ к разгадке лежит в основе Болыч-. Самая вероятная версия связывает её с древнерусским корнем «бълчь» — от него пошёл диалектный глагол «булкать». Смысл у этого глагола двойной: «говорить, болтать без умолку» и «качать, делать колебательные движения». Прозвище Болыч могли дать либо болтливому, суетливому человеку, либо тому, кто ходил вразвалку. Такие прозвища по внешним или поведенческим чертам были в ходу у крестьян и посадских людей.
Вторая версия — топонимическая, и она не менее убедительна. На новгородских землях, в окрестностях Вытегры, стояло село Болтина. В старых документах оно упоминается в связке с названиями «Болыч» и «Болычева Гора». Вологодчина долгое время была частью новгородских владений, и фамилии на -евцев там встречались чаще, чем в центральных губерниях. Вполне возможно, что родоначальник Болычевцевых был не просто болтуном, а коренным жителем урочища Болычева Гора — то есть «Болычевцем» его прозвали по месту жительства.
Фамилия, таким образом, могла сложиться двумя путями, которые не исключают друг друга. Прозвище Болычевец (от Болыч) закрепилось за человеком, а его дети уже стали Болычевцевыми. Или же прозвание по местности со временем превратилось в фамилию. В любом случае, перед нами редкий антропоним с чёткой «северной» пропиской.
Среди носителей фамилии известен Глеб Леонидович Болычевцев (1891–1971) — педагог и музыковед, посвятивший жизнь музыкальному просветительству. Его деятельность подтверждает, что фамилия, какой бы корень ни лежал в её основе, не мешала потомкам заниматься делом, требующим вдумчивости и слова.