Фамилия Бордулин образована от прозвища, и ключ к её пониманию — не в очевидном корне, а в суффиксе. Основа «Бордул-» скорее всего восходит к диалектному слову «бордула» или «бордюля», которое в южнорусских и украинских говорах означало «неуклюжий, неповоротливый человек», «увалень». В этом случае фамилия — типичное прозвище по характеру или поведению, данное медлительному или грузному человеку. Менее вероятная, но возможная версия связывает основу с тюркским «борду» (мед) или калмыцким «борд» (серый), но для фамилии с русским суффиксом -ин это звучит натянуто.

Суффикс -ин указывает на модель образования от существительных, оканчивающихся на -а, -я: Бордула → сын Бордулы → Бордулин. Это одна из древнейших и самых частых русских патронимических моделей, характерная для северных и центральных областей России. В отличие от фамилий на -ов (от основ на согласный) или -ский (дворянские и церковные), -ин чаще встречался в крестьянской и посадской среде. Таким образом, предок носителя фамилии был человеком по прозвищу Бордула, жившим, скорее всего, в XVI–XVII веках.

Интересная деталь: фамилия Бордулин встречается в основном в Волгоградской, Ростовской областях и в Краснодарском крае — зоне бывшего расселения донских и кубанских казаков. Это не случайно. Диалектное слово «бордула» хорошо сохранилось именно в южнорусских говорах, которые легли в основу казачьего субэтноса. Поэтому можно предположить, что фамилия имеет донские или кубанские корни, а её носители в прошлом могли быть казаками. В других регионах фамилия редка, что подтверждает её локальное происхождение.

Сравнение с однокоренными фамилиями — Бордюгов, Бордюков, Бордюженко — показывает, что все они имеют одну смысловую основу, но различаются по суффиксам и ареалам. Бордулин — самая «северная» из них, с типично великорусским окончанием, тогда как Бордюженко — явно украинская. Это говорит о том, что прозвище было широко распространено в пограничной зоне, но каждая группа носителей адаптировала его под свою языковую норму.