Фамилия Боризоев — редкая и морфологически неочевидная. На первый взгляд она похожа на патроним с суффиксом -ев, но основа «Боризо» не является стандартной формой крестильного имени. В русской традиции фамилии на -ев обычно образуются от основ, оканчивающихся на мягкий согласный или на -й (Борис — Борисов, а не Боризоев). Здесь мы видим нестандартное преобразование, которое требует отдельного разбора.

Самое вероятное объяснение — фонетическое искажение фамилии Борисов в результате диалектного произношения или ошибки при записи. В некоторых южнорусских и белорусских говорах звук [с] перед гласным мог озвончаться в [з], особенно в позиции между гласными. Так «Борисов» в устной речи превращалось в «Боризов», а при дальнейшем склонении или при адаптации через украинское влияние (где суффикс -ев встречается чаще, чем -ов) могла возникнуть форма «Боризоев». Подтверждает эту версию и то, что фамилия Боризоев почти не встречается в старых переписных книгах — это указывает на её вторичное, более позднее происхождение.

Менее вероятная, но не исключённая гипотеза — связь с личным именем Бориз, которое могло быть производной формой от Борис (с уменьшительным суффиксом -из, как, например, Демиз от Дементий). Такие формы фиксировались в северных и сибирских регионах, где крестьянские прозвища нередко отклонялись от церковных канонов. В этом случае Боризоев — буквально «сын Бориза», и фамилия образована по той же модели, что и, скажем, Федосеев (от Федосей).

С точки зрения географии, носители фамилии Боризоев встречаются в основном в Поволжье и на Урале, что косвенно подтверждает версию о диалектном изменении: именно в этих регионах были распространены «окающие» говоры с нечёткой артикуляцией согласных. Сословно фамилия почти наверняка крестьянская — в дворянских родословных книгах она не фигурирует.

Таким образом, если вы ищете свою фамилию, можете с высокой долей уверенности считать, что ваши предки носили фамилию Борисов, но в силу местного произношения или ошибки писаря она закрепилась в необычной форме Боризоев. Это не делает её «неправильной» — такие фонетические варианты ценны для историков языка как живые свидетельства народной речи.