Фамилия Брекоткин — наглядный пример того, как в русской ономастике редкая основа сочетается с типовой моделью. Её ядро — прозвище Брекотка, а суффикс -ин указывает на принадлежность: «сын Брекотки» или «человек из семьи Брекоткиных». В отличие от фамилий на -ов/-ев, которые чаще образовывались от названий профессий или черт характера (Кузнецов, Хитров), -ин обычно крепился к основам, оканчивающимся на -а/-я, и нередко фиксировал прозвища по поведению или внешности.

Само слово «брекотка» в литературном русском языке не зафиксировано, но в народных говорах оно могло означать человека сварливого, ворчливого или того, кто постоянно «брекется» — то есть бранится, огрызается. В диалектах русского севера и Сибири встречается глагол «брекотать» (ворчать, брюзжать), а в некоторых южнорусских говорах — «брекать» (лаять, грубо ругаться). Таким образом, Брекотка — скорее всего прозвище по характеру: неспокойный, вздорный, склонный к перепалкам человек. Вторая, менее вероятная версия связывает основу с подражанием звуку — «брекотать» могли говорить о трещотке или о птице, но в прозвищах редко брали за основу звукоподражание без дополнительной характеристики.

Географически фамилия встречается точечно, преимущественно в Вятском регионе и на Урале. Это не случайно: именно в этих местах сохранились древние пласты северорусской лексики, где «брекотать» было в ходу. Сословно Брекоткины, скорее всего, происходят из крестьян или посадских людей — прозвищные фамилии на -ин редко встречались у дворянства, которое чаще брало фамилии от вотчин или по службе.

Словообразовательная модель здесь работает как маркер: если бы прозвище звучало как Брекоток, фамилия стала бы Брекотков. Форма Брекоткин — более архаичная, она сохраняет следы древнерусского именования с уменьшительным или уничижительным оттенком (суффикс -к-). Сравните с однокоренными фамилиями Брехов, Брехалов — все они из того же гнезда «брехать» (лгать, лаять), но Брекоткин стоит особняком из-за редкого перехода корня в «кот». Возможно, это местное искажение исходного «брехотка» — так в некоторых говорах называли лай собаки, а затем перенесли на человека.