Фамилия Брюшинин — яркий пример того, как прозвище, данное по внешности или манере поведения, закрепилось в родовом имени. Её основа — слово «брюшина». В старину так называли человека с большим, выпирающим животом, брюхатого. Прозвище было не обидным, а описательным: в крестьянской среде, где ценилась физическая сила и сытость, такое могли дать и зажиточному хозяину, и просто крупному мужчине. Значение то же, что у слова «брюхан» или «пузан», но звучание мягче, без грубого оттенка.

Модель образования проста и типична для северных и центральных русских земель. Суффикс -ин указывает на принадлежность: Брюшинин — сын Брюшины, то есть потомок человека по прозвищу Брюшина. В отличие от фамилий на -ов/-ев, где основа чаще оканчивается на согласный, здесь основа на -а, что характерно для многих прозвищных фамилий (например, Губин от Губа, Косин от Коса). Это говорит о том, что фамилия сложилась в народной среде, без книжной обработки.

Поскольку прозвище Брюшина не было редким, фамилия встречается в нескольких регионах, но особенно часто — в Вологодской, Архангельской и Костромской областях. Это северорусский ареал, где суффикс -ин особенно распространён. В переписных книгах XVII века можно найти упоминания крестьян с таким прозвищем, но фамилия в её нынешнем виде массово закрепилась уже после отмены крепостного права, когда бывшим крепостным давали фамилии по прозвищам отцов.

Стоит отметить, что в основе фамилии не лежит ни профессия, ни географическое название, ни крестильное имя — чисто бытовое, «говорящее» прозвище. Это роднит Брюшинина с фамилиями Глазунов, Носов, Лобанов, которые тоже произошли от черт внешности. В отличие, скажем, от фамилии Брюханов (от «брюхан»), форма Брюшинин звучит чуть архаичнее и реже встречается, что делает её более локальной и характерной именно для русского Севера.