Фамилия Булышко звучит не на слух, а на вкус — как будто что-то округлое и твёрдое. И это ощущение не обманывает. В основе фамилии лежит украинское или белорусское слово «були́шко» или «були́ска» — так в некоторых говорах называли булыжник, крупный округлый камень, а также толстый, короткий предмет или даже невысокого плотного человека. То есть Булышко — это прозвище по внешности или по характеру: крепкий, коренастый, «круглый как камень». Вряд ли здесь имелось в виду что-то злое или обидное — скорее, констатация основательности.

Суффикс -ко — типичный для украинских, реже белорусских фамилий. Он выполняет две функции: уменьшительно-ласкательную и патронимическую. В фамилиях на -ко (Шевченко, Коваленко, Булышко) он часто означает «сын такого-то» или «маленький, молодой». Но в данном случае, скорее всего, -ко закрепилось как постоянный фамильный суффикс, а не показатель родства. Модель образования простая: прозвище Булыш (или Булыга) + суффикс -ко. Параллельная фамилия — Булыга, тоже от «булыги» (камня, глыбы). Встречается и вариант Булышкин, но он уже великорусский, с суффиксом -ин.

Географически фамилия тяготеет к западу и юго-западу: Украина (особенно Волынь, Подолье), юг Беларуси, а также пограничные с ними области России (Брянская, Курская). В XIX веке носители фамилии Булышко чаще всего были крестьянами или мещанами — ничего удивительного, прозвище бытовое, не дворянское. В списках казаков Запорожской Сечи или реестрах Войска Польского эта фамилия не встречается, но могла бытовать в среде казачьей голытьбы.

С точки зрения словообразования интересно, что основа «бул-» восходит к общеславянскому корню со значением «набухать, вздуваться, округляться». Отсюда же «булка», «булава», «булыжник». Так что фамилия Булышко входит в большое гнездо «округлых» фамилий, куда также относятся Булавин, Буланов, Булгаков (от тюркского «булга» — «мятый, круглый»). Но Булышко — случай более прозрачный, без тюркских наслоений.

Единственная ономастическая тонкость: в некоторых говорах «булышко» могло означать не камень, а пузырь на воде или волдырь на коже. Эта версия менее вероятна, потому что прозвища по болезням давали реже, чем по внешним чертам. Но полностью исключать её нельзя — в живой речи такие параллели возникали стихийно.