Фамилия Буртовой — пример русской фамилии, образованной от прозвища, которое, в свою очередь, восходит к слову «бурт». В словаре Владимира Даля «бурт» — это «сложенные в виде вала, укрытие для хранения овощей». Проще говоря, так называли земляной или наземный погреб, в котором крестьяне закладывали на зиму картофель, свёклу или капусту. Прозвище Буртовой могли дать по двум сценариям: либо человеку, который занимался закладкой и хранением овощей в таких укрытиях, либо тому, кто жил рядом с буртом или в самом сарае для хранения.

Словообразовательная модель здесь нестандартная. Большинство русских фамилий использует суффиксы принадлежности (-ов/-ев, -ин), но фамилия Буртовой застыла в форме прилагательного с окончанием -ой. Такой тип (Буртовой, Толстой, Половой) характерен для прозвищ, которые сразу закреплялись как фамилии, минуя стадию отчества. Это указывает на то, что прозвище было не просто именем конкретного человека, а его устойчивой характеристикой.

Среди носителей фамилии есть фигура, известная за пределами узкого круга. Владимир Буртовой — советский писатель, чьи книги начали издавать с 1965 года. Он работал в жанре исторической прозы, выпустив романы «Щит земли русской», «В земли неведомые» и «Заветное Беловодье». Эта деталь примечательна: носитель фамилии с «овощным» корнем посвятил себя описанию древних походов и освоения новых земель — занятию, прямо противоположному оседлому крестьянскому быту.

Встречаются ли другие варианты написания? Теоретически возможна форма Буртов (с суффиксом -ов), но она будет указывать на другую модель образования — от отчества «сын Бурта». Фамилия Буртовой сохраняет исходную адъективную форму, что делает её более редкой и напрямую отсылающей к прозвищу, а не к имени отца. Регионально фамилия тяготеет к южнорусским областям, где слово «бурт» было в обиходе именно в значении хранилища для овощей, а не, скажем, в значении «насыпь» или «вал» в других говорах.