Фамилия Буженин — редкий случай, когда прозвище, лёгшее в основу, почти наверняка связано не с характером или внешностью, а с конкретным блюдом. Разбор здесь простой и прозрачный: корень «бужен-» и суффикс -ин, указывающий на принадлежность («чей?» — Буженин). Основа — слово «буженина» (запечённая свинина).

На первый взгляд кажется, что предок торговал мясом или был поваром. Но ономастика предлагает более тонкую версию. В старину прозвище Буженина могли дать не только мяснику, но и человеку с соответствующими приметами — например, полному, рыхлому, «мясистому», как кусок запечённого окорока. Такие бытовые прозвища по еде встречались на Руси часто: Каша, Кисель, Сметана, Блин. Буженин — прямое продолжение этого ряда, только в притяжательной форме.

Географически фамилия тяготеет к южнорусским и центральным областям, где была распространена буженина как блюдо. В северных говорах её называли иначе, поэтому там Буженины почти не встречаются. В писцовых книгах и ревизских сказках XVII–XVIII веков она не фиксируется массово — это скорее поздняя, крестьянская или мещанская фамилия, возникшая в эпоху, когда прозвища окончательно закреплялись за семьями.

Стоит заметить, что фамилия не имеет отношения к украинскому или польскому «бу́жени́н» (с ударением на первый слог) — в русском языке ударение падает на последний слог, что подтверждает её происхождение именно от слова «буженина», а не от какого-либо иного корня. Вариантов написания в старых документах практически нет: Буженин всегда писался через «е», без перехода в «ё» или «и».

В отличие от многих «еды» (Калачников, Пирожков), эта фамилия не получила широкого распространения. Носители Буженины — это, скорее всего, потомки одной или нескольких семей из одного региона, разошедшиеся по стране в XIX–XX веках.