Фамилия Чужой — редкий случай, когда прозвище стало фамилией почти без изменений, без типичных суффиксов -ов, -ин или -ский. В русской ономастике такие фамилии называют «окаменевшими» формами: они застыли в виде именительного падежа прилагательного или существительного. Чаще всего так закреплялись прозвища, данные человеку по яркой внешней или поведенческой черте.

Основа здесь прозрачна: слово «чужой» в значении «посторонний, не свой, иной». Прозвище Чужой могли дать человеку, который пришёл в общину со стороны, не имел корней в данной местности, говорил на ином говоре или просто держался особняком. В крестьянской среде, где каждый знал друг друга, «чужак» сразу бросался в глаза, и меткое прозвище закреплялось за ним и его потомками.

Интересно, что фамилия Чужой могла возникнуть и в иной, более узкой ситуации. В некоторых говорах «чужой» означало не только «пришлый», но и «нелюдимый», «странный» — человека с необычным поведением. В пограничных или торговых селах так могли прозвать того, кто торговал с чужаками или часто отлучался, то есть «бывал в чужих краях».

Встречается фамилия в основном на юге России и в украинских землях, где были сильны традиции прозвищных фамилий без суффиксов. В реестрах казачества и однодворцев попадаются записи о Чужих, что подтверждает: фамилия не книжная, а народная, бытовая. В XIX веке её могли «обрусить» в Чужов или Чужин, но исходная форма сохранилась у тех семей, кто не попал под канцелярскую стандартизацию.

Сравните с однокоренными: Чужаков, Чужакин — они образованы от той же основы, но уже с суффиксами, типичными для русских фамилий. Чужой же стоит особняком, и это делает её ценной для историка языка: она сохраняет живую разговорную форму XVII–XVIII веков, когда прозвище ещё не успели переделать в привычный патроним.