Фамилия Даннилин — редкий случай, где русская словообразовательная модель накладывается на нерусскую основу. На первый взгляд, перед нами типичный патроним с суффиксом -ин: «чей?» — Даннилин, то есть сын Даннилы. Но вот загвоздка: в русском языке нет канонического имени Даннила. Есть Даниил (церковное) и его народные формы — Данила, Данил. Фамилии Данилин, Данилов, Данильченко — массовые и прозрачные. Даннилин же стоит особняком.

Скорее всего, основа здесь — не русское имя, а прозвище или фамилия, заимствованная через западные языки. В английском, немецком или скандинавских языках фамилия Daniel (Дэниел, Даниэль) распространена повсеместно. При попадании в русскую среду её могли русифицировать, добавив суффикс принадлежности -ин: Дэниел → Даннилин. Двойное «н» в таком случае — след исходного написания (Daniel + -ин даёт стечение согласных, которое на письме закрепилось как двойное). Либо это описка или диалектная особенность, но маловероятно: фамилия устойчива.

Вторая версия, менее правдоподобная, — что перед нами вариант фамилии Данилин, где двойное «н» возникло из-за народной этимологии или ошибки писаря. Однако для массовых фамилий такие искажения редки и не закрепляются в роду. Даннилин — штучная фамилия. В дореволюционных справочниках она почти не встречается; основное бытование — вторая половина XX века, что указывает на относительно позднюю фиксацию.

Кем могли быть предки? Если верна западная версия, то носитель фамилии — потомок иностранца (возможно, обрусевшего немца, шведа или англичанина), который получил прозвище по отцу-иностранцу: «сын Даниэля». В русских деревнях такая фамилия вряд ли возникла бы сама собой — слишком необычна огласовка. Скорее всего, предок был городским жителем, мастеровым или военным, чья фамилия была записана «на слух» при переходе в православие или при получении паспорта.

С точки зрения ономастики, Даннилин — яркий пример «гибридной» фамилии, где иноязычный корень оброс русским суффиксом, сохранив при этом орфографическую память о первоисточнике. Двойное «н» здесь не случайность, а ключ к происхождению.