Фамилия Друзьков — наглядный пример того, как суффикс может перевесить корень. На первый взгляд она кажется «дружеской», произведённой от слова «друг». Но это не так: перед нами не «друг», а «дружок» с последующим прибавлением фамильного суффикса -ов.

Исходное прозвище — Дружок. В русской ономастике это не обязательно ласковое обращение. Дружком в крестьянской среде нередко называли помощника, подручного, а то и просто смазливого или прилипчивого парня. В некоторых говорах «дружок» означал дружку — распорядителя на свадьбе, то есть человека, который вёл гулянье и знал обряды. Фамилия Друзьков закрепилась за потомками такого человека: сын Дружка стал Друзьковым.

Здесь работает морфологический сдвиг: основа «дружок» при склонении даёт формы «дружка», «дружку». Фамилия могла возникнуть от родительного падежа — «сын Дружка». Но в русской традиции фамилии на -ов чаще образуются от имени в именительном падеже с усечением: Дружок → Дружков. Форма Друзьков — результат чередования Ж/З, которое встречается в диалектах: «друзька» вместо «дружка». Такое чередование характерно для южнорусских и среднерусских говоров, где «ж» перед «к» переходило в «з» (ср. «друзька», «книзька»). Поэтому географически фамилия Друзьков тяготеет к Курской, Орловской, Тамбовской и Рязанской областям.

В написании фамилии есть нюанс: буква «ь» после «з» — не орфографическая случайность. В XIX веке в документах встречаются варианты Друзков и Друзьков. Мягкий знак сохранился потому, что в произношении «з» в этой фамилии смягчается: Друзьков звучит почти как Друзьгоф. Твердое произношение («Друзков») свойственно северным регионам, где цокали и не смягчали согласные перед «к».

Фамилия редкая, не входит в список самых распространённых. В дворянских родословных книгах она не зафиксирована — скорее всего, предки Друзьковых были крестьянами или мещанами. Однофамильцев можно встретить в Рязанской и Липецкой областях, а также среди казачества на Дону, куда переселенцы принесли южнорусский говор.

Таким образом, Друзьков — это не «друг», а «сын Дружка», и фамилия хранит в себе не столько значение слова, сколько диалектную особенность произношения XIX века.