Фамилия Дудугов образована по одной из самых распространённых в русской ономастике моделей: от прозвища или имени с помощью суффикса -ов, указывающего на принадлежность («чей?» — сын Дыдуга). Основа здесь — «Дудуг», имя или прозвище, которое само по себе редко и неоднозначно. Скорее всего, оно восходит к тюркским корням, что типично для фамилий, возникших в зонах активного русско-тюркского контакта — на Кавказе, в Поволжье или в южнорусских степях.

В тюркских языках слово «дудук» или близкие ему формы имеют несколько значений. Одно из них — «свирель», «дудка» (сравните с армянским дудуком, хотя это заимствование). Прозвище Дудуг могли дать музыканту-дудочнику или человеку с тонким, свистящим голосом. Другая версия — от тюркского «дуду» (дед, предок) или «дудук» в значении «маленький, низкорослый». Встречается и фамилия Дудуков, где основа «Дудук» более прозрачна, но Дудугов — не описка, а вариант с оглушением конечного согласного в основе (г вместо к), что могло закрепиться в говорах.

Географически фамилия редкая, её носители встречаются в документах по Северному Кавказу и Закавказью, а также среди казачества. Это позволяет предположить, что предки Дудуговых — не крестьяне центральной России, а люди из пограничных регионов, где смешивались русские, тюркские и кавказские языки. Сословно фамилия не указывает на дворянство: суффикс -ов в сочетании с тюркской основой типичен для однодворцев, казаков или государственных крестьян юга.

Есть и менее вероятная, но лингвистически любопытная версия: связь с осетинским словом «дудуг» (кукушка). В осетинском это звукоподражательное название птицы, которое могло стать прозвищем для человека с монотонной речью или привычкой повторять одно и то же. Однако осетинские фамилии чаще оформляются суффиксом -ты/-ти, так что русская модель -ов здесь, скорее, указывает на обрусевшую среду.

Таким образом, фамилия Дудугов — это память о прозвище, которое дали либо музыканту, либо низкорослому человеку, либо обладателю особого голоса, и возникла она на южных рубежах России, где тюркская речь была обыденностью.