Фамилия Дурдины — один из тех случаев, когда история рода уходит корнями не в славянскую общину, а в тюркскую степь. Её основа — древнее имя Дурды (в русском обиходе оно нередко превращалось в Дурду). Само имя имеет восточное происхождение и, скорее всего, восходит к тюркским языкам, на которых говорили в Золотой Орде, а также у печенегов и половцев. Именно оттуда, из кочевых союзов, в XV–XVII веках выходили люди, оседавшие на русских землях и дававшие начало новым родам.

Модель образования фамилии проста и прозрачна: к основе Дурд- добавился русский патронимический суффикс -ин, который указывает на принадлежность («чей?» — Дурдин). В крестьянской и дворянской среде такой суффикс обычно означал «сын Дурды» или «потомок Дурды». То есть фамилия Дурдины — это не прозвище по ремеслу или месту жительства, а прямое указание на личное имя родоначальника.

Примечательно, что многие дворянские роды в России имели нерусские корни: выходцы из Орды нередко поступали на службу к московским князьям, получали поместья и вливались в местную элиту. Фамилия Дурдины — вероятно, отголосок именно такого процесса: человек с именем Дурды (или его сын) осел в русских землях, и его потомки уже носили фамилию по отцу. И хотя имя Дурды сегодня звучит необычно, в те времена оно было привычным в тюркской среде, а на русской почве закрепилось без серьёзных изменений.

В отличие от многих фамилий, где спорят о корне (от слова «дурной» или от «дурень»), здесь тюркская версия выглядит гораздо убедительнее: имя Дурды имеет собственную внутреннюю форму в тюркских языках (связанную, по разным данным, со стойкостью или постоянством), и нет нужды притягивать негативные русские значения. Таким образом, Дурдины — это не «потомки дурного человека», а носители фамилии, восходящей к конкретному восточному имени, и в этом смысле фамилия представляет собой памятник давнего культурного и этнического обмена между степью и Русью.