Фамилия Емашкины — редкий случай, когда за основой может стоять и географический объект, и личное имя, и даже охранительное прозвище. Разберёмся по порядку.

Наиболее прямая версия связывает фамилию с гидронимом Емашка — рекой в Пермской области. Предка, жившего на её берегу или переселившегося оттуда, могли прозвать по имени реки. Такая модель образования фамилий от названий рек и озёр типична для северных и уральских территорий, где привязка к водоёму была важнее названия деревни.

Другая, не менее убедительная гипотеза, считает Емашкиных фонетическим вариантом фамилии Ямашкины. Звук «я» в начале слова в некоторых говорах мог заменяться на «е» — отсюда и разница в написании. В этом случае прозвище Ямашка могло указывать на неровный рельеф места жительства — овраги, ямы. Но есть и более интересный поворот: слово «ям» пришло из татарского языка и означало почтовую станцию, селение с ямщиками. Тогда Ямашка — работник такого яма. Это вписывается в историю ямской гоньбы, широко распространённой в центральной России и Поволжье.

Третья версия выводит основу из татарского «яман» — «плохой, нехороший». Здесь мы сталкиваемся с охранительными именами: давая ребёнку прозвище со значением «нехороший», родители надеялись обмануть злых духов и уберечь его от бед. Такая практика была распространена у многих народов, и следы её остались в фамилиях.

Наконец, Емашка могла быть производной формой татарского имени Ямалетдин (от арабского «совершенство веры»). В этом случае фамилия восходит к личному имени, а не к прозвищу или месту.

Какую бы версию ни выбрать, ясно, что фамилия Емашкины — не простая. Она могла сложиться на стыке славянской и тюркской традиций, а её носители — быть и уральскими старожилами, и ямщиками, и потомками человека с необычным именем. Точное место и время возникновения сейчас установить сложно, но это не мешает видеть в ней яркий памятник народной ономастики.