Фамилия Евишев образована от имени или прозвища Евиш, и это прямая отсылка к религиозному имени Ева. В русской традиции женское библейское имя Ева (прародительница человечества) могло становиться основой для мужских прозвищ и производных фамилий — чаще всего в форме Евин, Евинский, но вариант Евиш встречается реже. Суффикс -ш- здесь указывает на усечённую, разговорную форму имени (как Паш-а от Павел, Маш-а от Мария). То есть Евиш — это уменьшительное или обиходное обращение к человеку, которого в семье или в деревне называли «Евин сын», «Евин» или просто «Евиш» от имени Ева.

Словообразовательная модель типична для фамилий на -ев: основа Евиш + суффикс принадлежности -ев, что буквально означает «сын Евиша». Фамилия недворянская, скорее всего крестьянского происхождения, и возникла в среде, где имя Ева было в ходу — а это преимущественно старообрядческие или глубоко религиозные слои населения, где библейские имена давали чаще, чем в официальной церковной практике. В официальных святцах имя Ева есть, но в повседневном быту оно было не самым распространённым, поэтому фамилии от него — редкость.

Географически фамилия Евишев тяготеет к Поволжью и югу России: по данным современных справочников, наибольшая плотность носителей зафиксирована в Самарской, Саратовской и Волгоградской областях. Это косвенно подтверждает связь со старообрядческими общинами, которые селились в этих краях после раскола XVII века.

Интересная деталь: в русском языке есть однокоренные фамилии Евин, Евинский, Евишев. Но если Евин происходит напрямую от женского имени (как «сын Евы»), то Евишев — через мужское прозвище, что делает её более редкой и нестандартной. Версия о происхождении от тюркского корня (например, от слова «ев» — дом) маловероятна: в тюркских языках суффикс -шев нехарактерен для фамилий, а русская модель -ев на тюркской основе давала бы формы вроде Еваев.

Таким образом, предки Евишевых — скорее всего, русские крестьяне, возможно, старообрядцы, носившие в быту имя или прозвище Евиш. Фамилия не получила широкого распространения и осталась локальной, что делает её ценной для генеалогического поиска: она указывает на конкретный регион и религиозную среду.