Фамилия Евстягин — один из тех случаев, когда ухо слышит одно, а корень оказывается совсем другим. На первый взгляд кажется, что перед нами вариант фамилии Евстигнеев, где сложное имя Евстигней (от греческого «благой знак») сократилось в бытовой речи до Евстя. Но это не так. В основе фамилии Евстягин лежит не имя, а прозвище.

Разбираем словообразовательную модель: суффикс -ин указывает на принадлежность («чей?»). Основа — Евстяга. В русских говорах, особенно в северных и сибирских, «евстяга» — диалектное слово, означающее «обжора», «ненасытный человек», «прожорливый». Слово родственно глаголу «евстить» (есть с жадностью, много и быстро). Таким образом, прозвище Евстяга давали человеку с отменным аппетитом или тому, кто любил плотно поесть.

Версия с именем Евстигней не выдерживает критики: от него закономерно образовалась бы фамилия Евстигнеев (через суффикс -ев), а не Евстягин. Суффикс -ин в русской антропонимии крепится к основам на -а/-я, что и подтверждает прозвищное происхождение. Фамилия эта — редкая, встречается в основном на севере европейской части России и в Зауралье, что совпадает с ареалом бытования слова «евстяга».

Интересная деталь: в некоторых говорах слово «евстяга» имело и переносное значение — «неутомимый работник», «тот, кто много берет на себя». Так что прозвище могло относиться не столько к еде, сколько к трудоголизму. Но основное, прямое значение — именно про еду.

Социальный статус первых носителей фамилии, скорее всего, был крестьянским или посадским: прозвища такого рода редко давали в дворянской среде. Фамилия фиксируется в переписных книгах XVII–XVIII веков, но массового распространения не получила, оставшись локальной.