Фамилия Фалеткина образована по модели, характерной для восточнославянских фамилий: от мужской формы Фалеткин, которая, в свою очередь, появилась через притяжательное прилагательное с суффиксом -ин. Этот суффикс указывал на принадлежность: Фалеткин — значит «сын (или потомок) Фалетки». Такой способ словообразования широко представлен в ономастике восточных, западных и южных славян, хотя у русских он стал особенно продуктивным с XVI–XVII веков, когда фамилии окончательно закреплялись в качестве наследственных именований.

В основе фамилии лежит личное имя или прозвище Фалетка. Славянские фамилии возникали от личного прозвища или от имени — христианского или языческого, и здесь мы видим типичный случай, когда усеченная, народная форма канонического имени становилась самостоятельной основой. Наиболее вероятная версия возводит Фалетку к разговорной форме крестильного имени Фалалей (в церковной традиции — Фаллалий). Это греческое имя, означающее «цветущая маслина», было распространено в просторечии, где давало множество уменьшительных вариантов: Фалей, Фаля, Фалетка. Подобная трансформация — обычное дело: длинные и непривычные для русского уха имена сокращали до простого и звучного прозвища, которое затем закреплялось за родом.

Суффикс -к- в основе Фалетка выполнял двойную роль: он придавал имени уменьшительно-ласкательный оттенок и одновременно указывал на обиходное, «домашнее» употребление. В документах XVII–XVIII веков такие формы встречаются часто: человека по имени Фалалей могли записать как Фалетка, а его детей уже именовать Фалеткиными. Фамилия фиксирует именно этот момент перехода прозвища в фамильное имя, что делает ее ценным свидетельством живой народной традиции имянаречения.

Женская форма Фалеткина указывает, что речь идет о женщине или о члене семьи, где главой числился носитель мужской фамилии. В русской традиции такая форма не самостоятельна, а лишь грамматически согласуется с мужской, поэтому для полного понимания истории рода всегда стоит рассматривать пару Фалеткин/Фалеткина. Географически фамилия встречается преимущественно в центральных и северных регионах России, где приходские записи сохранили народные формы крестильных имен в наибольшем количестве, однако точная территориальная привязка требует обращения к конкретным архивным документам.