Фамилия Фирцев — редкая и неочевидная. С первого взгляда кажется, что в основе лежит имя или прозвище Фирс, но это не единственный вариант, и, возможно, не самый точный.

Словообразовательная модель проста: суффикс -ев указывает на принадлежность («чей?» — Фирцев). Основа — Фирц. Но что значит само «Фирц»? Тут начинается самое интересное.

Первая версия, самая распространённая в любительской этимологии, — от канонического имени Фирс. В святцах есть мученик Фирс, имя греческого происхождения (thyrsos — «тирс», жезл, увитый плющом, атрибут Диониса). Однако от имени Фирс в русском языке стандартно образуются фамилии Фирсов и Фирсин. Форма Фирцев предполагает промежуточную ступень: сначала от имени Фирс образовалось прозвище или уменьшительное Фирц (по аналогии: Иван — Иванц, Пётр — Петрец), и уже от него — Фирцев. Такая модель встречается, но для фамилии на -ов/-ев она нетипична: обычно суффикс -ец даёт фамилии на -цов (Скворцов, Кузнецов). Здесь же мы видим не -цов, а -цев, что наводит на другую мысль.

Вторая версия, более правдоподобная с точки зрения исторической ономастики, связывает фамилию не с именем, а с прозвищем. В русских говорах, особенно северных и уральских, слово «фирц» или «фирс» могло означать «хитрец», «пройдоха», «ловкий человек» (ср. диалектное «фирсить» — хитрить, лукавить). В словаре В. И. Даля зафиксировано: «фирс» — плут, продувной человек. Таким образом, Фирцев — это потомок человека, которого в округе прозвали Фирцом за изворотливость или хитрость. Фамилия образована напрямую от прозвища, минуя крестильное имя, и это объясняет нестандартный суффиксальный ряд.

География фамилии подтверждает эту версию. Фирцевы встречаются в основном в старых русских регионах: Вологодская, Архангельская области, а также на Урале и в Сибири — то есть в тех местах, где диалектная лексика была особенно живуча. В центральных и южных губерниях фамилия практически не фиксируется.

Итог простой: скорее всего, предок носителя фамилии Фирцев был не святым Фирсом, а человеком с характером — хитроватым, себе на уме. Прозвище приклеилось настолько прочно, что перешло в фамилию, сохранив редкую для русского ономастикона форму.