Фамилия Фуртовы — один из тех случаев, когда за привычным русским уху окончанием скрывается совсем не славянская история. Вопреки интуитивному желанию искать здесь корень «фурт» в значении чего-то быстрого или проворного, ономастика уводит нас в совершенно иную сторону — к еврейской традиции именования и к географическим названиям Центральной Европы.

Разбираем фамилию по косточкам. Основа здесь — прозвище Фурт, а суффикс -ов, который многие принимают за русский патроним, на самом деле работает как простой указатель принадлежности: «сын Фурта» или «из рода Фурта». Такая модель встречается у ашкеназских евреев, которые, расселяясь по Российской империи, нередко адаптировали свои фамилии к местным словообразовательным нормам, добавляя славянские окончания к исконным основам.

Само прозвище Фурт имеет как минимум две правдоподобные версии происхождения, и обе связаны с местом. Первая — топонимическая. В Германии есть несколько городов с названиями Furth (Фурт) и Fürth (Фюрт), и выходец из любого из них вполне мог получить прозвище по месту своего прежнего жительства. Такая практика была повсеместной: человека называли не по имени, а по тому, откуда он приехал, и это становилось его семейным именем.

Вторая версия — географическая, и она кажется даже более естественной. Слово Furt в немецком языке означает «брод, перекат, мель», а Firth — «устье реки, лиман». В таком случае прозвище Фурт закреплялось за человеком, который жил у воды: возле брода, через который переходили реку, или в устье, где река впадает в море. Для еврейских общин, часто селившихся вдоль торговых путей и рек, такой ориентир был вполне типичным способом идентификации человека.

Интересно, что в данном случае мы не видим тех формантов, которые обычно маркируют ашкеназские фамилии в чистом виде: -сон, -зон, -ман, -кинд или -штам. Это не значит, что фамилия менее еврейская — просто она прошла этап русификации. В отличие от горских евреев Кавказа, которые брали грузинский суффикс -швили, или израильтян с их бен- и Га-, ашкеназы в черте оседлости часто получали фамилии, внешне неотличимые от русских или польских, но с иной внутренней логикой.

Безусловно, фамилия Фуртовы — яркий памятник еврейской культуры, но с одной оговоркой. Процесс формирования каждой отдельной фамилии мог быть долгим, и не всегда он привязан к одной-единственной местности. Носитель фамилии мог получить её от предка, который когда-то жил в немецком Фюрте, а мог — от того, кто держал переправу через реку. Окончательно сказать, какая из версий верна для конкретной семьи, можно только после серьёзных генеалогических изысканий, работы с метрическими книгами и архивными документами.