Фамилия Гамичев — редкая и неочевидная с точки зрения происхождения. На слух она похожа на множество русских фамилий на «-ев», но её основа ставит в тупик: что такое «Гамич»?

Разгадка кроется в диалектном слове «гамить» — галдеть, шуметь, кричать. В некоторых говорах «гама» означала шум, гам, суматоху. Тогда «Гамич» — это прозвище крикливого, шумного человека, заводилы или просто того, кто говорит громко и много. Суффикс «-ич» в прозвищах встречается реже, чем «-ун» или «-ач», но он характерен для белорусской и украинской традиции (сравните: Степанович — сын Степана, но «Гамич» — это не отчество, а личное прозвище, которое потом застыло в фамилии). Русский суффикс «-ев» добавился уже при оформлении фамилии по стандартной модели: «чей? — Гамичев», то есть сын (или потомок) Гамича.

Есть и другая, менее вероятная версия. Гамичев мог возникнуть из прозвища Гам — так в некоторых областях называли человека медлительного, «гамзатого» (от «гамза» — неповоротливый). Но первая гипотеза надёжнее: она опирается на живой глагол «гамить», который до сих пор бытует в рязанских, тамбовских и воронежских говорах. Именно там, в южнорусских и пограничных с Белоруссией землях, скорее всего и появилась фамилия.

Словообразовательная модель здесь цепляет внимание: фамилия прошла через два этапа. Сначала от глагола или звукоподражания образовали прозвище с суффиксом «-ич» (редкий случай для русской прозвищной системы, где обычно работали «-к-» или «-ец»), а затем уже к этому прозвищу приставили стандартный патронимический суффикс «-ев». Получилась двойная обработка основы, что делает фамилию Гамичев непохожей на соседние по звучанию Гамов, Гамзин или Гамаюнов — те образованы проще, напрямую от слова.

Однокоренных фамилий в русском языке немного, и они разбросаны: Гамов, Гамзин, Гамолин. Гамичев стоит особняком — его основа с суффиксом «-ич» выдаёт возможное смешение русской и западнорусской (белорусской) традиции имянаречения. Носитель такой фамилии мог происходить из семьи, где прозвище давали по характеру, а не по ремеслу или внешности, и это прозвище оказалось настолько цепким, что пережило века.