Фамилия Гайлун — одна из тех, где прозрачность обманчива. На первый взгляд она кажется заимствованной, но при ближайшем рассмотрении укладывается в старую русскую модель образования прозвищных фамилий. Ключ к разгадке — не в корне, а в суффиксе и региональной огласовке.

Фамилия явно происходит от прозвища Гайло, Гайла или Гайлун. В русских говорах слово «гайло» имело несколько значений, и все они связаны с голосом. В архангельских и вологодских диалектах «гайло» — это горло, глотка, а «гайлать» — громко кричать, орать, петь во всё горло. Человек с таким прозвищем мог быть крикливым, обладать зычным голосом или, наоборот, горластым забиякой. Форма Гайлун — это экспрессивный вариант того же корня, характерный для северных и сибирских говоров, где суффикс -ун активно образовывал прозвища по действию (ср. бегун, крикун, говорун). Так что Гайлун — это буквально «тот, кто гайлает», то есть горлопан или певун.

Модель образования проста: прозвище Гайлун перешло в фамилию без дополнительных суффиксов, что типично для украинской и южнорусской традиции, а также для фамилий, оформившихся на Севере. В русском языке такие бессуффиксные фамилии (как Гайлун, Скоробей, Непейпиво) обычно старше, чем фамилии на -ов, и часто указывают на прямое прозвище предка, которое не успело обрасти патронимическим окончанием.

Географически фамилия редкая, но встречается в основном на Русском Севере — в Архангельской области, в Карелии, а также среди сибирских старожилов, куда её занесли переселенцы из Поморья. Встречается и у литовцев, и у латышей, где «gaïlus» означает «жалобный, плаксивый» или «ласковый, нежный» — но это уже другая, балтская этимология, и смешивать их не стоит. Для русской фамилии версия с горлом и криком — основная и самая логичная.

Социальный контекст прост: предки Гайлунов — скорее всего, крестьяне или промысловики-поморы, люди незнатные, но с яркой речевой характеристикой. Фамилия не дворянская, не духовная, а чисто бытовая, прозвищная. Её носители не оставили следов в истории до XIX века, но сама фамилия — живое свидетельство того, как в русских говорах метко и ёмко называли человека по его самой заметной черте.