Фамилия Гайсена — редкий случай, когда географический и этнический след просматривается почти сразу, но точное происхождение остаётся предметом спора. В русском языке эта фамилия не вписывается в привычные модели на -ов, -ин или -ский, что выдаёт в ней иноязычную основу. Скорее всего, перед нами немецкая или голландская фамилия, записанная в русской транскрипции. Корень «Гайс» (Geis) может восходить к немецкому «Geiß» — коза, либо к верхненемецкому прозвищу Geiz — скупец, скряга. В таком случае фамилия образована по типичной для немецких фамилий модели: основа + суффикс принадлежности -en. Окончание -а в русском языке — это уже результат адаптации: в родительном или дательном падеже фамилия могла быть записана как «Гайсена» (от кого? — от Гайсена), а затем закрепилась в форме, удобной для русского склонения.

Есть и другая версия, менее вероятная, но исторически обоснованная. В некоторых регионах Белоруссии и западной России встречаются фамилии на -ена, образованные от литовских или балтских корней. «Гайс» может быть вариантом литовского «gais» — свет, пожар, или «gaisas» — зарево. Однако эта гипотеза слабая: в литовской ономастике суффикс -ena чаще образует топонимы, а не фамилии, и массового распространения такая модель не получила. Поэтому немецкое происхождение — основной и более правдоподобный вариант.

Географически фамилия Гайсена в России встречается крайне редко — единичные носители зафиксированы в основном в Санкт-Петербурге и Ленинградской области, что косвенно подтверждает связь с немецкими колонистами, которых в XVIII–XIX веках селили в пригородах столицы. Возможно, предок носителя фамилии был ремесленником, крестьянином или пастухом (если версия с «козой» верна), либо человеком с не самой лестной характеристикой (если корень «скупец»). В любом случае, это фамилия-прозвище, а не фамилия от имени.

Социальный контекст прост: немецкие фамилии в России часто принадлежали не дворянам, а приглашённым специалистам, колонистам или военным. Для Гайсена нет данных о принадлежности к знати — скорее всего, это фамилия крестьянского или мещанского сословия. Уникальность её в том, что она почти не изменилась при переходе в русский язык: не обросла типичными русскими суффиксами и сохранила чужеродное звучание, что делает её своеобразным маркером миграционных процессов XVIII–XIX веков.