Фамилия Гилун ставит перед исследователем сразу несколько загадок, главная из которых — её редкость и неочевидная основа. Самое правдоподобное объяснение связывает её с украинским или белорусским словом «гилун». Так называли особый вид вареников с мясом, которые готовили к мясоеду — периоду после Рождества, когда церковный устав разрешает скоромную пищу. В крестьянских семьях Малороссии и Речи Посполитой гилуны были сытным праздничным блюдом, и прозвище мог получить либо большой любитель таких вареников, либо человек, умевший их особенно вкусно готовить.

Однако слово «гилун» не является общеупотребительным в современных словарях, что заставляет присмотреться к фамилии внимательнее. По словообразовательной модели это типичная «нулевая» фамилия без суффикса (как Гончар, Коваль, Скоробогат). Она оформилась как прозвище, которое позже закрепилось в качестве родового имени без изменений. Такие фамилии характерны для украинской и белорусской традиции, где патронимические суффиксы -енко, -ук, -ович не были обязательны, и прозвище часто переходило в фамилию в чистом виде.

Версия с варениками — основная, но не единственная. Можно предположить, что в основе лежит диалектный глагол, связанный с быстрым движением или болтовнёй, но убедительных параллелей в доступных источниках нет. Также маловероятна связь с литовским «gilùs» (глубокий) — хотя географически фамилия могла возникнуть на землях бывшего Великого княжества Литовского, фонетически это неочевидно.

Фамилия Гилун крайне редка. Она не фигурирует в массовых списках дворянских или купеческих родов, не упоминается в классических трудах Б. Унбегауна или В. Никонова как отдельная статья. Это говорит о том, что носители фамилии, скорее всего, происходили из крестьянской или мещанской среды западных губерний Российской империи. Единичные записи встречаются в метрических книгах XIX века на территории современной Беларуси и Украины, что подтверждает региональную привязку.

Если отбросить домыслы, самое надёжное, что можно сказать о предках человека с фамилией Гилун: они жили на западе или юго-западе современной Восточной Европы, говорили на украинском или белорусском диалекте, и их прозвище, скорее всего, было связано с едой — конкретным мясным блюдом, которое выделяло основателя рода среди соседей.