Фамилия Гладунин — хороший пример того, как прозвище, данное человеку по характеру или поведению, закрепилось в родовом имени. В её основе лежит древнерусское слово «гладун». В говорах так называли голодного человека, того, кто постоянно хочет есть, или, в переносном смысле, ненасытного, жадного до чего-либо. Встречалось и другое значение — «голодный год», неурожай, но прозвище чаще относилось к человеку, а не ко времени.

Словообразовательная модель проста и типична для русского севера и центра. Суффикс -ин указывает на принадлежность: «чей сын?» — Гладунин, то есть сын Гладуна. Такая форма характерна для фамилий, образованных от прозвищ и имён, оканчивающихся на твёрдый согласный (ср. Дружинин, Путятин). Если бы в основе было слово «гладун» с ударением на последний слог, фамилия могла бы писаться иначе, но закрепился именно вариант с суффиксом -ин.

Ономастический словарь Б. Унбегауна подтверждает, что фамилии на -ун/-ун-ин образованы от прозвищ, характеризующих внешность или привычки: Болтун, Говорун, Молчун. Гладун стоит в этом ряду, но с оттенком не столько действия, сколько состояния. Интересно, что у фамилии есть близкие «родственники» — Гладков, Гладышев, но они восходят к прилагательному «гладкий» (полный, упитанный), а Гладунин — к «голоду». Это редкий случай, когда корень со значением «голод» не стал негативным прозвищем, а закрепился как бытовая характеристика.

Географически фамилия тяготеет к северным и центральным областям России, особенно к Архангельской, Вологодской и Костромской губерниям. В этих краях прозвища на -ун были особенно распространены. Встречается она и у украинцев, но там чаще писали Гладуненко или Гладун, без русского суффикса -ин.

Социальный состав носителей был пёстрым: среди Гладуниных встречались и крестьяне, и мещане, и даже священники. Прозвище не указывало на сословие, а лишь на индивидуальную черту — возможно, предок был вечно голодным работником или, наоборот, человеком, который любил поесть, но получил прозвище с иронией. В любом случае, фамилия сохранила живое слово из народной речи, которое сегодня почти вышло из употребления.