Фамилия Горейшина — женская форма фамилии Горейшин, но с точки зрения истории образования это не так важно: обе формы восходят к одному прозвищу или имени, и разбирать их нужно вместе. Главный вопрос, который встаёт перед исследователем: что за основа «Горейш-»? Она не очевидна и не укладывается в привычные модели русских фамилий от крестильных имён (вроде Иванов) или профессий (Кузнецов).

Скорее всего, перед нами фамилия, образованная от прозвища или имени Горей (ударение на второй слог). В русских говорах «горей» — сравнительная степень от «горе»: «горее» означает «хуже», «горше». Прозвище Горей могли дать человеку с тяжёлым характером, неудачливому или тому, кто постоянно жаловался на судьбу. Не исключён и вариант, что это форма имени Горей из тюркских языков (например, от «гюр» — «могила», «пещера»), но для русской фамилии это менее вероятно: основа слишком далека от привычного ономастикона.

Ключевая деталь — суффикс -ин в основе Горейшин. Здесь не просто «Горей + ин», а Горей + ш(а) + ин. Суффикс -ш- в русских фамилиях встречается редко и обычно указывает на прозвище, образованное от глагола или прилагательного через форму на -ша: «горевать» → «гореша» (тот, кто горюет). Такая модель характерна для северных и северо-восточных регионов России (Вологодчина, Архангельская область, Пермский край), где фамилии на -их/-ых и -шин особенно распространены. То есть Горейшин — это «сын Горейши», а Горейша — человек, которого прозвали за склонность к горю или за горькую судьбу.

Встречаются ли носители фамилии Горейшина сегодня? Да, но очень редко. По данным открытых источников, основная масса — в Пермском крае и Кировской области, что подтверждает северорусское происхождение. Фамилия не попала в дворянские родословные книги и не фиксируется в старых боярских списках — это крестьянская или посадская фамилия, возникшая не раньше XVII века, когда прозвища начали закрепляться за потомками.

Если сопоставить с однокоренными фамилиями (Горев, Горелов, Горемыкин), то Горейшин стоит особняком: у неё нестандартная словообразовательная цепочка, что делает её ценной для лингвистов. Для обычного носителя это просто напоминание о том, что предка, скорее всего, звали не по имени, а по характеру или обстоятельствам жизни — и это не редкость для русских фамилий.