Фамилия Говноруссов — один из самых редких и экспрессивных случаев в русской антропонимии. Её основа — откровенно грубое, бранное слово «говно», а вторая часть указывает на этническую принадлежность. Такая конструкция сразу наводит на мысль: перед нами не случайное прозвище, а сознательно созданная, скорее всего, ироничная или ругательная кличка.

Словообразовательная модель проста: корень «говн-» + интерфикс «-о-» + корень «-русс-» + суффикс «-ов». Суффикс «-ов» — типичный для русских фамилий, указывает на принадлежность («чей?»). Таким образом, Говноруссов буквально значит «сын того, кого прозвали Говнорусс». Само прозвище Говнорусс могло возникнуть в среде, где этническая самоидентификация была важна, но при этом кто-то хотел унизить или высмеять человека, подчеркнув его «нечистоту» в переносном смысле — неопрятность, подлость или просто неудачливость.

Географически фамилия почти не встречается в исторических документах. В современных базах данных (например, в телефонных справочниках или списках избирателей) она единична, что подтверждает её аномальный характер. Вероятно, она могла быть дана как прозвище в крестьянской или казачьей среде, где грубая прямота в именах не была редкостью (сравните с фамилиями Дураков, Пьянков, Смердов). Однако в отличие от них, Говноруссов несёт явный этнический оттенок, что делает её особенно редкой — вряд ли такое прозвище давали «своим» в обычной деревне, скорее пришлому или изгою.

Спорных версий немного. Можно предположить, что основа «говно» здесь не бранная, а диалектная — в некоторых говорах «говно» означало «грязь», «навоз», и прозвище могло относиться к человеку, работавшему с навозом (скотнику). Но этнический компонент «русс» всё равно остаётся, и тогда прозвище было бы странным: «грязный русский» — звучит как оскорбление, а не как профессиональная характеристика. Поэтому более правдоподобна версия о сознательном уничижительном прозвище, которое со временем закрепилось как фамилия — возможно, через отчество, данное детям уже после смерти носителя прозвища.

В ономастических справочниках (например, у Б. Унбегауна) фамилии с подобной основой не описываются — они находятся за пределами нормы. Но сам факт их существования показывает, что русская фамильная система допускала любые, даже самые резкие, варианты, если они отражали реальное прозвище. Носителям фамилии Говноруссов сегодня, вероятно, приходится сталкиваться с недоумением или насмешками, но этимологически это просто «сын того, кого так обозвали» — и ничего более.