Фамилия Говносракин — редкий случай, когда исходное прозвище сохранилось почти без фонетических изменений, и его значение лежит на поверхности. Она образована по самой распространённой в русской ономастике модели: от прозвища Говносрак с помощью типичного фамильного суффикса -ин. Суффикс -ин, а не -ов, указывает на то, что в основе лежит слово мужского рода, оканчивающееся на твёрдый согласный (срак, как и брат — братин). Вопрос лишь в том, что означало это прозвище и не было ли у него неочевидного, нефизиологического смысла.

Прямое значение прозвища Говносрак — «тот, кто срёт говном» — в бытовом контексте звучит абсурдно. Ни один носитель языка не стал бы использовать такую конструкцию буквально. Скорее всего, это сложное прозвище с переносным смыслом, построенное по той же народной логике, что и фамилии Говорухин, Говорков, Сракин. Первая часть «говн-» могла означать не нечистоты, а нечто дрянное, никудышное (ср. «говняная работа»). Вторая часть «-срак» — от глагола «срать» в значении «испражняться», но в диалектах и в старой брани это слово имело более широкий спектр: «делать гадости», «портиться», «вести себя подло». Таким образом, Говносрак — это, вероятно, человек, который «портит всё, за что берётся», «делает дрянь», «гадит в прямом и переносном смысле». Это не медицинский диагноз, а экспрессивная характеристика неряхи, неумехи или морально нечистоплотного человека.

Географически фамилия почти не встречается ни в одном из опубликованных списков русских фамилий (Унбегаун, Никонов, Веселовский), что говорит о её крайней редкости. Возможно, она возникла в какой-нибудь локальной среде, где грубая брань была нормой общения, и со временем закрепилась за конкретным родом. Другая гипотеза — фамилия могла быть «переосмыслена» при переписи населения или в церковных книгах, когда писарь, не разобрав искажённое местное произношение, записал услышанное буквально. Например, фамилия Говорухин или Говорков могла в устах глуховатого или неграмотного дьячка превратиться в Говносракин. Однако для этого исходное прозвище должно было быть неблагозвучным само по себе, и писарь просто «усилил» его.

Сравнение с однокоренными фамилиями показывает, что в русской традиции есть целый пласт «бранных» фамилий: Сракин, Срачков, Говорков, Говорухин, а также более редкие, вроде Засракин или Насракин. Все они, как правило, не имели прямого физиологического смысла, а служили социальными ярлыками. Фамилия Говносракин — самая экспрессивная в этом ряду, и её носитель, скорее всего, происходил из крестьянской или посадской среды, где прозвища давали «по делу», а не по красоте. В документах XVIII–XIX веков такие фамилии могли фиксироваться в метрических книгах и ревизских сказках, но после революции их часто меняли на более благозвучные, поэтому сегодня найти реального носителя фамилии Говносракин почти невозможно.